Захар, который всё ещё сиял после разговора о магии, скинул рюкзак на землю.

— А чего вытаскивать-то? — спросил он, расстёгивая лямки. — Всё подряд?

— Всё, — коротко ответила Виола, уже запустив руку в мой рюкзак. — Нужно добраться до дна.

Она ловко вынимала вещи одну за другой, аккуратно складывая их на камень. Сначала еда — лепёшки в фольге, фляга с водой, какие-то брикеты. Затем приборы — несколько коробочек, назначения которых я не понимал, какие-то инструменты, свёртки и запасные цилиндры для ромовиков, которые она называла ромблоками.

На самом дне моего рюкзака лежал серый аппарат размером с автомобильный аккумулятор, но раза в полтора выше. Сбоку у него была шкала, похожая на старый амперметр — с несколькими стрелками, с делениями. Сверху — ряд тумблеров, каждый с несколькими положениями.

Я перехватил взгляд Виолы — она не поднимет, тяжело — нагнулся и ухватился за аппарат поудобнее и вытащил его наружу. Тяжесть ощутимая, килограмм двадцать, не меньше. Так вот, из-за чего рюкзак был таким тяжёлым.

— Тяжёлый, гад, — пришёл к таким же выводам Захар, с пыхтением доставая такой же аппарат из своего рюкзака.

— Что это за штука? — спросил я, рассматривая прибор.

— Маяк называется, — ответила Виола, отряхивая руки. — Он позволяет спать в Ирии. Стабилизаторы и гармонизаторы помогают выдерживать давление, пока ты бодрствуешь, но во сне сознание уязвимо и если просто лечь спать без такой вот защиты, — она указала рукой на аппарат, — то можно не проснуться. Ну или проснуться дураком.

— В смысле — дураком? — округлил глаза Захар.

— В прямом, — Виола пожала плечами. — Сны здесь становятся реальностью. Если приснится кошмар — он может остаться с тобой. Навсегда. А маяк создаёт поле, которое гасит сновидения и выравнивает фон.

— А под среброкомом нельзя спать? — спросил я, кивая в сторону невысокого дерева с серебристой корой. — Он же тоже выравнивает фон.

— Можно, — согласилась Виола. — Но этот среброкор слишком мал. Здесь горная местность, деревья не вырастают такими огромными, как в лесу. Этот даёт защиту, но недостаточную. Да и под большим среброкорами я никогда не сплю без маяков — там тоже можно не проснуться.

Она отошла на несколько шагов, прикидывая расстояние.

— Третий маяк остался у того труса, который сбежал у границы Зоны с рюкзаком, — поморщилась Виола. — С ним мы потеряли не только еду, но и нормальную защиту на ночь — теперь треугольником маяки поставить не получится и зона перекрытия будет меньше. Поэтому ставим два маяка как можно ближе друг к другу — метрах в четырёх друг от друга, этого должно хватить. Спать будем между ними, — отвела взгляд она, — придётся потесниться.