Третий вариант — обратиться к властям Содружества. Князья в теории могли бы поднять на ноги кучу народу. Но даже если бы они поверили мне на слово и, что гораздо важнее, захотели помочь и отправили людей прочёсывать каждый подозрительный адрес в городе, сколько времени это займёт? Неделя? Две? За это время Гильдия успеет убить десятки детей и перевезти остальных в другое место.

Я открыл глаза. В памяти всплыл голос моего отца — не Игнатия Платонова, а Сигурда Железного Кулака, ярла, чьё имя носил светловолосый принц, сидящий сейчас напротив меня. «С подлецами не торгуются, сын. Их уничтожают. Иначе они вернутся снова и снова, требуя всё больше».

Мудрые слова. Я следовал им всю свою прошлую жизнь. И в этой собирался поступить так же.

— Разворачиваемся, — сказал я Степану. — Во Владимир мы сегодня не едем.

Ярослава приподняла бровь, но промолчала, ожидая объяснений. Она знала меня достаточно хорошо, чтобы понимать: за этим решением стоит план.

— Мы нанесём визит в штаб-квартиру Гильдии, — продолжил я, обращаясь уже ко всем. — Сегодня же.

— В штаб-квартиру? — переспросила Полина, и в её голосе прозвучало недоумение. — Но мы же не знаем, где именно держат детей…

— Зато мы знаем, где находятся те, кто отдаёт приказы, — я достал магофон и начал набирать номер Коршунова. — Идея проста: мы захватываем руководителей Гильдии и навязываем им свои правила. Они привозят всех детей — или их верховные лица умирают. Одного за другим.

— Атакуем напрямую? — Ярослава чуть склонила голову набок. — В лоб?

— Именно. Гильдия ждёт переговоров. Торга. Метаний между совестью и выгодой. Они не ожидают, что кто-то ответит на шантаж лобовой атакой. Фактор неожиданности на нашей стороне.

Шведский принц усмехнулся, и в его светло-серых глазах мелькнуло хищное одобрение.

— Мне нравится этот план, — произнёс он. — У нас на севере говорят: лучший удар — тот, которого не ждут. Вот только, с кем ты собрался там воевать? Что за дети?..

Я лишь безмолвно кивнул, обещая всё объяснить, и переключился на магофон в соей руке. Коршунов ответил после третьего гудка.

— Прохор Игнатич?.. — голос начальника разведки звучал настороженно. Он знал, что я не стал бы звонить без веской причины, догадавшись, что запланированная встреча с Горчаковым принесла какие-то неожиданные проблемы.

— Родион, мне только что звонили из Гильдии. Угрожают убивать каких-то детей из московского приюта — по три в день, пока я не верну им Неклюдова и компромат. Что тебе известно об этих детях?

Пауза на том конце линии была короткой — Коршунов умел соображать быстро.