— Нет-нет! Я не…

— Ты жил как паршивый трус, — процедил я, игнорируя мычание, — и умрёшь как паршивый трус. И пускай Хель не знает к тебе жалости!

В глазах собеседника мелькнула искра понимания. Он понял, что пощады не будет, и распахнул пасть для крика, но…

Мой резерв, едва восстановившийся на четверть после ритуала глушения магофонов, стремительно опустел. Я уже приготовился сжечь для подпитки чар один из двух оставшихся у меня средних кристаллов Эссенции, когда внезапно ощутил, как Скальд отдаёт мне часть своей силы. Её хватило впритык.

С тех пор, как он стал моим фамильяром, я получил возможность творить волшбу через ворона, как если бы он являлся источником чар. Хотя энергия всё ещё расходовалась моя собственная. Ровно так и произошло во время засады молодчиков Гривина, когда я воспользовался обзором компаньона, чтобы нацелитьКаменный гейзер .

Раньше такое получалось лишь в пределах пары километров, но с обретением ранга Ученика дальность нашей связи существенно выросла — теперь я мог колдовать через птицу на расстоянии до пяти километров.

Потоки силы опутали Кузьму, и вдруг прямо из-под его ног выстрелили гранитные плиты. Они закрыли Петровича со всех сторон, смыкаясь в гигантскую шкатулку. Учитель засипел, не в силах даже закричать, но было поздно — тяжёлая крышка с лязгом захлопнулась над его головой.

Каменный саркофаг с узником начал погружаться в землю. Ни единого звука не проникло наружу, а когда гроб полностью скрылся в глубине, почва сомкнулась над ним, будто и не было ничего. Только примятый снег да взрытая земля напоминали о произошедшем. Мимолётное усилие, и почва разгладилась, стирая последние отпечатки ног учителя.

Вот и всё. Никаких улик, никаких следов. Отступник получил по заслугам. Жаль, что он задохнётся раньше, чем умрёт от голода или жажды, но испытанный им ужас станет достойным наказанием для того, кто сдал с потрохами собственных земляков, пытаясь подвести их под княжеский гнев. Ладно я — чужой человек, но он ведь не один год прожил бок о бок с этими людьми. И всё равно, как затаившаяся в траве змея, пытался отравить своей ложью деревню.

Ведь вместо меня Сабуров вполне мог сюда прислать отпетого мерзавца, который бы начал знакомство с жителями Угрюмихи с того, что перебил бы десяток самых строптивых, а остальных бросил бы с дрекольем против Бздыхов. Увы, такие правители тоже встречались…

Погребальный курган был весьма дорогим по затратам энергии заклинанием — 47 капель. И если бы не вмешательство Скальда, я потерял бы один из двух кристаллов Эссенции. Второй существенный минус этих чар заключался в том, что в реальном бою их использовать почти невозможно. Враг не будет стоять на месте, дожидаясь, пока его заточит в себя гроб. Третий недостаток — настоящему магу не так уж сложно разрушить каменные стенки.