Оставшись один, я развернул кресло к окну. Дождь за стеклом не прекращался, и мокрые крыши Угрюма блестели серым свинцовым блеском. Каждая мастерская Арсеньева работала на износ. Каждый грамотный инженер был нарасхват. Инженеры Дитриха, вывезенные из-под Минска, и нанятые белорусские специалисты составляли золотой фонд, ядро будущего производственного комплекса, однако их было мало. Когда Бастион заработает, ему понадобятся не десятки, а сотни специалистов: литейщики, токари, сборщики, наладчики, электромеханики, чертёжники, алхимики-технологи. Начинать готовить их нужно было сейчас, за годы до того, как заводы Бастиона заработают в полную силу. Если ждать момента запуска и лишь тогда озаботиться кадрами, производство захлебнётся в первый же месяц.
Я потёр переносицу и вернулся к столу, заваленному бумагами и письмами. Может ещё с кем повоевать лишь бы в этом не купаться?..
* * *
Через два дня я выехал из Угрюма в сопровождении телохранителей. Муромец покачивался на раскисшей просёлочной дороге, ведущей через ельник на северо-восток. Дождь не прекращался. Гаврила за рулём ругался вполголоса, объезжая глубокие лужи.
Через четыре часа мы свернули на едва заметную лесную тропу. Ельник расступился, сменившись берёзовой рощей, а за ней открылась широкая поляна на склоне пологого холма.
Я вышел из машины и остановился. На месте меня уже ждал Дитрих фон Ланцберг, скрестив руки на груди. При виде меня, бывший маршал Ордена Чистого Пламени выпрямился и кивнул.
— Князь Платонов, — произнёс он с едва уловимым ливонским акцентом. — Вы прибыли раньше, чем я ожидал.
— Показывай, — сказал я.
Глава 13
Дитрих развернулся и повёл меня вверх по склону. Монастырь Святого Николая был заброшен триста лет назад одновременно с падением Гаврилова Посада: монахи ушли, не дождавшись ни помощи, ни прихожан. С тех пор комплекс простоял пустым, медленно ветшая среди разросшегося ельника, в получасе верхом от Гаврилова Посада. Когда я искал место для штаб-квартиры Ордена, майор Молчанов упомянул о нём вскользь: крепкие стены, глубокий колодец, удобный рельеф на пологом холме. Я осмотрел монастырь через Скальда, оценил расположение и принял решение в тот же день.
За спиной Дитриха открылось то, во что руины начали превращаться за последние три дня. Территорию опоясывал свежий дощатый частокол в два человеческих роста. Подъездная дорога к воротам была засыпана щебнем и утрамбована, колея от тяжёлых грузовиков глубоко продавила грунт по обочинам. У ворот стояли часовые в камуфляже без знаков различия, вооружённые автоматами.