Каждый день давал агентам новые крупицы информации, которые рано или поздно соединятся. Собранные вместе, они сложатся в картину, которую я предпочёл бы сохранить в тайне до тех пор, пока первый генератор не заработает за стенами нового Бастиона. Каждый месяц увеличивает вероятность того, что кто-то из моих недоброжелателей наткнётся на след, ведущий от Угрюма к Гаврилову Посаду. Пока этого следа не существовало, и в этом заключалось моё преимущество.

Шпионы искали улики в Угрюме, и логика их была безупречна. Голицын правил Москвой, проживая в ней. Потёмкин сидел в Смоленском Бастионе. Светлояров управлял Новосибирском оттуда же. Каждый глава Бастиона в Содружестве превращал собственную резиденцию в центр промышленной мощи, потому что держать производство и власть в разных местах означало рисковать и тем, и другим. Князь, мечтающий о Бастионе, строил его у себя под боком, рядом с Приказами, казармами, академией. Любой разведчик, знакомый с этой традицией, искал бы признаки стройки именно в Угрюме. Гаврилов Посад для них оставался периферией, дальним острогом на краю Пограничья, местом добычи Реликтов и ничем более.

Решение строить не там, где живу, а там, где никто не ждёт, оказывалось куда весомее, чем я рассчитывал изначально. Меня не смущало расстояние между столицей и производством. Даже очень могущественные князья мыслили в масштабе одного города, потому что каждый из них был князем при Бастионе. Я строил не княжество. Шесть территорий, растянутые на сотни километров, были лишь началом, и Гаврилов Посад станет первым Бастионом, а не единственным. Тот, кто намерен собрать империю, не привязывает всю промышленную мощь к собственному крыльцу.

Муромец подпрыгнул на очередной колдобине, и я машинально ухватился за ручку над дверцей. Гаврила виновато покосился на меня в зеркало заднего вида, я отмахнулся. Мысли мои были далеко от состояния дороги, хотя соответствующую пометку я себе сделал.

Три линии. Я выстраивал план противодействия, мысленно раскладывая его на составляющие, привычно и методично, как перед сражением.

Первая: пусть смотрят, но видят только то, что мы им покажем. Агентов в Угрюме и Владимире не трогать, пусть сидят, пусть отчитываются. Люди Коршунова начнут кормить их дезинформацией, осторожно, через те же каналы, по которым шпионы сейчас собирают данные. Пусть агенты увидят в Угрюме «подготовку к расширению владимирских мастерских». Закупки оборудования, найм рабочих, чертежи нового цеха. Реальный проект, а не бумажная фикция, что, возможно, собьёт врагов со следа, указав на Владимир, как на потенциальное место размещения Бастиона. Арсеньеву действительно нужны новые площади, его мастерские давно пора расширять. Мы просто дадим шпионам подсмотреть за процессом и позволим им самостоятельно додумать, что это начало строительства Бастиона. Они будут докладывать наверх о стройке то ли в Угрюме, то ли во Владимире, и наблюдатели потратят время и ресурсы на отслеживание ложного направления.