Хлад замер, парализованный болью. Три рта раскрылись в беззвучном крике, и ментальная агония, выплеснувшаяся из Абсолюта, накрыла всех в радиусе нескольких километров. Солдаты на стенах схватились за головы. Гражданские в подвалах закричали. Я сам стиснул зубы и удержался в сознании только потому, что имел опыт обороны разума от менталистов.

Кристаллы артефакта треснули один за другим, и шесть хлопков слились в короткую очередь, как из револьвера. Маяк Жизни, созданный в Угрюме руками Арсеньева и Сазанова, защищавший город от ментального давления Глашатаев все эти дни, служивший защитникам щитом и опорой, был уничтожен.

Пора!

В этот момент, подчиняясь моей воле, дракон упал на Хлада. Не спикировал и не спланировал, упал, как гранитная глыба, с высоты сотни метров, набирая скорость, и я направил его падение точно на правый торс Хлада, тот самый, обожжённый Маяком, где некроплоть ещё дымилась, не успев затянуться. Рёбра, за которыми пряталось одно из трёх лиц Абсолюта, дрогнули, и через прорехи между костяными дугами я на мгновение увидел, как беззвучно раскрывается рот, выговаривая что-то. Тварь почуяла тень, скользнувшую по мостовой в свете луны.

Поздно.

Двадцать тонн базальта и магмы обрушились на Хлада сверху, и от удара мостовая просела на полметра, пустив трещины лучами во все стороны. Дракон вцепился всеми четырьмя лапами в обожжённый торс, когти вошли в рыхлую некроплоть по первую фалангу, и зверь стиснул хватку, вгрызаясь глубже. Каменные когти добрались до грудины и рванули её в стороны, разрывая слои за слоем: внешнюю мускулатуру, блестевшую глянцевыми пластами без покрова кожи, промежуточную мембрану, рёбра, за которыми пряталось лицо. Грудная клетка раскрылась, как окровавленный цветок, обнажая общую полость между тремя сращёнными торсами, и внутри, без видимой опоры, медленно билось сердце размером с быка. С каждым ударом из него во все стороны разлетались короткие красные нити, дотягивались до стенок полости и втягивались обратно. А внутри сердечной мышцы пульсировал колоссальный чёрно-фиолетовый кристалл Эссенции, ядро Абсолюта.

Дракон задрал голову, каменная глотка раскалилась добела, и поток магмы хлынул в раскрытую полость, как тягучий металл в литейную форму. Расплавленный камень заполнил пустоту, заливая и обволакивая сердце, сжигая ткани изнутри. Хлад содрогнулся всем телом, и это ощутили все, кто стоял на земле в радиусе квартала. Тысячи пальцев уродца, торчащие из шва между тремя торсами, напряглись одновременно в пароксизме боли и замерли. Чёрная маслянистая жидкость на дне полости вскипела, и пузыри на её поверхности лопались один за другим, исторгая обрывки стонов и слов на языке, который не предназначен для живых.