Девушка посмотрела на мага, высунувшись из-за зубца. Легер был немолод, но, как и все сильные маги, старел он медленно. Дед доверял ему, всецело. Смешно называл его «Мой дорогой» или «Мой милый Легер», будто бы общался с розовощеким внучатым племянником, с теплотой, почти как с ней, Отавией. Так что, определенно, маг достоин доверия. Она понимала, что он никогда не будет так предан ей, как был предан ее деду, но в память об ушедшем императоре Легер будет стараться. Пока она не найдет ему кого-нибудь на замену, кого-нибудь, кого будет как и дед, называть «Мой дорогой маг».

В груди шевельнулась обида на Рея, а горло опять сжало стальным обручем слёз. Какой же он идиот! Она считала его мужчиной, а он оказался глупым мальчишкой! Впрочем, сама тоже хороша, дала волю эмоциям, но ведь как он смел подумать, что!..

Отавия не успела закончить мысль. Гвардейский маг, кряхтя, уже поднялся на ноги и сейчас протягивал ей ладонь.

— Пойдемте, миледи. Смерть государя, это момент на закате, когда солнце в последний раз освещает землю и уходит за горизонт. Утром будет рассвет и новый правитель, но между заходом и восходом солнца всегда наступает ночь, — серьезно сказал маг. — А ночь время неспокойное. Не стоит сидеть тут у всех на виду, пойдемте.

Она посмотрела в глаза магу, после чего приняла его ладонь и поднялась на ноги, отряхивая платье. В этом Легер был прав — она уже видела в коридорах дворца свою маменьку, что в полный голос рассуждала о грядущей ее коронации и восхождении на престол вместо почившего отца.

Ни слова о фестуме.

Ни слова о деде.

Только о том, как она станет императрицей.

Отавия позволила Легеру проводить ее в покои, где девушка осталась одна. Маг распорядился принести немного простой еды и легкого вина, проследил, чтобы слуги все расставили на небольшой столик, после чего выгнал всех из комнаты и лично прикрыл дверь, позволяя девушке горевать дальше.

Ей даже удалось немного поспать. Прямо там, в гостиной, на диване, она провалилась в тяжелый, полный ярких образов и тревожных видений сон, а проснувшись, Отавия увидела, что солнце уже и село. Она проспала не меньше трех часов.

Колокольный звон, что разрывал Шамоград весь день, к вечеру стих, чтобы возобновиться на рассвете, но разбудил девушку какой-то иной шум, в коридорах.

— Легер? — позвала Отавия. — Господин Легер?

Почему-то стало тревожно. Сейчас вся Замковая гора должна быть тиха и почти безжизненна, а тут…

Закончить мысль Отавия не успела. В следующий миг из коридора донесся вскрик, потом звук удара и тихая ругань, а еще, будто бы кто-то волок тело по каменному полу.