— А ты? — спросил я.

Он горько рассмеялся.

— Пытался их остановить. Но Алиса…

— Алиса? — перебил я.

— Да. Громова. Единственная девушка среди нас, — скривился Дмитрий. — Она редко участвовала в наших опытах. Больше наблюдала, собирала артефакты, делала записи, — он махнул рукой, будто отгоняя мошкару. — Была кем-то вроде летописца в нашем тайном обществе.

Где-то в тайге заухал филин, и звук эхом отозвался в моих висках. Кретов достал из кармана свою неизменную фляжку, сделал глоток и не глядя протянул фляжку мне. Я тоже глотнул, не обратив внимания на обжигающий вкус напитка.

— Последней каплей стал ритуал в усадьбе под Питером. Стоцкий хотел призвать некоего «посланника» из Глубин, — Дмитрий провёл рукой по лицу, словно стирая пепел прошлого. — Я разрушил ритуальный круг, пока они спорили. Дал Стоцкому в морду и ушёл. Через месяц устроился в полицию, помирился с женой…

— Вы были в ссоре? — уточнил я.

— М-м, да, были, — как-то неуверенно ответил Кретов и снова глотнул из фляги. — Но помирились. Я стал работать в полиции, и мне понравилось. Опыт с тёмной магией давал мне много преимуществ, но увы, вскоре оказалось, что не стоит ссориться с Конгрегацией… Повышения мне так и не дали, несмотря на превосходную раскрываемость. Но это так, между делом.

Я кивнул, подозревая, что причина отсутствия повышения была не только во вмешательстве Конгрегации. Зная сварливость и вспыльчивость моего наставника, он мог запросто разругаться и с полицейским начальством.

— А потом я узнал, что Прохора изгнали из Конгрегации, — сказал Кретов. — Официально — за нарушение кодекса. Но я был уверен, что Стоцкий слил Дивову всю нашу деятельность, выставив Прохора виновным. Сам же принёс на блюдечке все результаты наших опытов, все ритуалы и заклятия, которые мы разработали против злых духов и которые Алиса так старательно записывала, — Дмитрий сплюнул. — И Володя возглавил отдел по Теневым Угрозам. Прохор стал изгнанником. А Громова… кто знает, что с ней. Вроде бы стала работать в центральном архиве Конгрегации. Но больше я её не видел.

Луна скрылась за облаком, и тени вокруг сгустились. Беспросветная тайга впереди казалась мрачным воинством, которое вот-вот сорвётся в атаку.

— Что насчёт Теневых Странников? Ты думаешь, Прохор их вызвал? — спросил я, а Кретов покачал головой:

— Не знаю. Может быть. Может, Стоцкий его подтолкнул, а когда понял, что они натворили, то выставил Молчанова виноватым, — он повернулся к ангару, где мелькали силуэты спецназовцев. — Но теперь «Дети Бездны» используют те же символы, что и мы. Я не знаю, откуда они их взяли, но вариантов не так уж много. В любом случае главное здесь не причина, а следствие. И если Хищник докопался до сути…