Я усмехнулся:

— Стараюсь.

Анна Павловна закрыла книгу, положила на колени:

— Присаживайтесь, Александр Дмитриевич. Если не спешите, конечно.

Я сел рядом на скамейку, положил трость на колени. Фонтан журчал, вода переливалась в каменной чаше. Приятный звук, успокаивающий.

— Гуляете? — спросила она.

— Да. Хозяйка посоветовала на воздух выйти. Голова от дел болит.

— Много работы?

— Достаточно. Сегодня насосы Баташеву доставлял. Потом в управу вызывали. Потом работники… Словом, вышел насыщенный день вышел.

Анна Павловна слегка наклонила голову:

— В управу вызывали? Что-то случилось?

Я колебался, стоит ли рассказывать. Но она смотрела искренне, заинтересованно. Не из праздного любопытства, а с участием.

— Губернатор наградил. За тушение пожара. Помните, я рассказывал на собрании у Баранова?

— Помню. Резиденцию спасли вашими насосами. — Она улыбнулась. — Поздравляю. Какая награда?

— Денежная. Пятьсот рублей.

Анна Павловна ахнула:

— Пятьсот! Это же огромная сумма!

— Триста мне, двести работникам. Я сегодня раздал им деньги. Распределил справедливо я думаю.

Она посмотрела на меня с одобрением:

— Правильно поступили. Многие бы все себе забрали. А вы разделили. Это достойно.

Мы помолчали. Фонтан журчал, воробьи чирикали в липах. Солнце опустилось ниже, тени стали длиннее.

— Александр Дмитриевич, — тихо сказала Анна Павловна, — позвольте нескромный вопрос. Вы упоминали на собрании, что у вас есть знакомая. В Петербурге. Это серьезно?

Вопрос застал врасплох. Я замер, обдумывая ответ.

Елизавета. Письма ее приходят регулярно, теплые, сердечные. Она пишет о Петербурге, о работе в госпитале, о том, как скучает. Приглашает приехать, когда управлюсь с делами.

Я ее помню, конечно. Помню ее доброту, участие, заботу в те страшные дни после ранения. Но чувства… размываются. Расстояние делает свое дело.

А Анна Павловна рядом. Здесь, в Туле. Умная, образованная, понимающая. С ней легко говорить, не нужно притворяться, изображать что-то.

Я медленно ответил:

— Была знакомая. Очень хороший человек. Сестра милосердия, помогала мне после ранения. Мы переписываемся. Но… я не знаю, что из этого выйдет. Расстояние большое. Жизни разные.

Анна Павловна понимающе кивнула:

— Расстояние убивает чувства. Я знаю. Мой покойный муж часто уезжал на стройки. Месяцами не виделись. Это тяжело.

Она помолчала, потом добавила тихо:

— Но когда человек рядом, все по-другому.

Наши взгляды встретились. Пауза. Воздух между нами словно сгустился, наполнился чем-то невысказанным.

Я тихо проговорил:

— Анна Павловна, вы необычная женщина. Не похожи на местных дам. Они только о нарядах и сплетнях. А вы… вы интересуетесь делом, понимаете технические вещи.