— И ещё отряд должен 6 лоренов Шварцу и Писарю. По нашим правилам, долю мёртвого получает его родня или тот, на кого он указал. Писарь в своём блокноте записал, что его доля отходит Шварцу. Значит, родня нашего гиганта должна получить 12 лоренов.

Ребята разом замолкли. Бывалый опустил взгляд, кулаки его невольно сжались. Лис медленно провёл пальцем по ядру, а Селена крепче сжала мне руку. В комнате повисла тяжёлая тишина. Мы вспомнили Шварца и Писаря — тех, кто уже никогда не увидит этих монет и не поднимет кружку за победу. А мы, живые, просто продолжали делить прибыль.

— Также я хочу внести кое-какие изменения в правила отряда, — увидев настороженные взгляды товарищей, я поспешил их успокоить. — Они касаются отрядного имущества. Текущие правила требуют выкупа выданного вам снаряжения. Я хочу поменять это правило и сделать как в баронской дружине: выкупать снаряжение вы не обязаны, оно вам выдаётся на время службы.

Бывалый сразу же поднял голову.

— Это хорошее изменение, правильное. А выкупить своё снаряжение можно будет? — оживился старый вояка. — В баронской дружине можно.

— Можно будет. С изменениями все согласны? — я дождался, пока остальные кивнули, и выложил перед Лисом 2 лорена. — С тебя вычитали за лук. А раз правила поменялись, то и деньги я тебе возвращаю. Также был вычет в 2 лорена у Шварца, значит его родня должна получить 14 лоренов.

Записав все «транзакции» в блокнот и забрав у Лиса ядро пантеры, я продолжил.

— Теперь по трофейным мечам. Кто будет ими пользоваться? Остальные я продам.

Селена и Лис сразу отрицательно покачали головами, а Бывалый внезапно проявил энтузиазм:

— Я буду. Оружие хорошее, надёжное. Не господское, конечно, но и я не благородных кровей. А почём отдашь? Я бы воспользовался своим правом выкупа. И шлем тоже бы купил — он мне жизнь уже один раз спас, может, ещё раз спасёт.

— За шлем 5 лоренов, за меч — 10.

Бывалый без сожаления пододвинул ко мне 15 лоренов.

— Раз уж мы про снаряжение заговорили, я бы хотел выкупить один рог Пятирога. Это возможно? — спросил Лис. Охотник смотрел на меня спокойно, но в его глазах застыло непривычное для него выражение — вкрадчивое, почти просительное. — Хочу себе кинжал сделать. Из такого материала получится знатный клинок: лёгкий, крепкий и сносу ему не будет. Да и напоминание о твари всегда под рукой.

У меня были определённые планы на эти рога, но я пока не знал, насколько они реалистичны. Но и отказывать Лису не хотелось, так что я ответил обтекаемо:

— Пока нет, Лис. Я ещё думаю, как с ними поступить. Но твоё желание я понял, и ты будешь первым в очереди, если я решу рога продавать.