После мы тщательно всё убрали и отмыли инструменты от крови. Да и сами помылись: я натаскал Селене теплой воды, а сам, когда она ушла к себе, окунулся в холодную.
Когда я спустился в общий зал, солнце уже клонилось к закату. Я захватил две кружки с уже остывшим чаем и пошёл наверх: хотел поговорить с Селеной о снятии её клейма.
— Можно? — негромко спросил я, постучавшись в комнату.
Девушка открыла дверь и сделала приглашающий жест. Я отдал ей кружку.
— Ты молодец, у тебя хорошо получается.
— Важнейшие атрибуты для хирурга — это Ловкость и Интеллект. Они у меня высокие, — хотя в словах Селены и была доля хвастовства, фраза прозвучала мило. Не колюче, а светло, как у человека, который наконец-то поверил в свои руки.
Мы немного поговорили о разном, но я никак не мог найти подходящий момент, чтобы перевести тему на клеймо. Когда допили чай, я встал, собираясь сходить вниз и наполнить кружки по новой. Тогда Селена тихо, почти неслышно, произнесла:
— Останься со мной. До утра.
Глава 23 Перед зеркалом
Я замер на полушаге, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Кружка в руке вдруг стала казаться невероятно тяжёлой.
Селена сидела передо мной, слегка приподняв подбородок, и смотрела прямо в глаза.
— Хорошо, — ответил я неожиданно хрипло.
Поставил кружку на тумбочку и сделал шаг к девушке. Расстояние между нами исчезло почти мгновенно. Селена встала, и мои руки сами нашли её талию. Девушка чуть вздрогнула, но тут же прижалась ближе, обхватив меня за шею. От неё пахло травами, свежим мылом и чем-то неуловимым. Тем, что я уже давно научился узнавать даже с закрытыми глазами.
Наши губы встретились. Поцелуй вышел не жадным и торопливым, а глубокими чувственным, будто мы оба долго ждали именно этого момента. Я ощутил, как её пальцы запутались в моих волосах, а ладонь Селены легла мне на грудь — прямо над сердцем, словно она хотела убедиться, что оно бьётся так же часто, как и её.
Когда мы добрались до постели, я на мгновение отстранился, чтобы посмотреть на Селену. При свете масляной лампы её лицо казалось особенно красивым: щёки слегка порозовели, глаза блестели.
— Ты уверена? — тихо спросил я, проводя пальцами по её щеке.
— Да, — прошептала она, притягивая меня к себе. — Сегодня — да.
Я больше не спрашивал. Мы говорили без слов — руками, губами, дыханием. Каждый её вздох, каждое прикосновение отзывались во мне чем-то новым и острым, будто после долгой зимы наконец-то пришло тепло. Я целовал её шею, плечо, то место, где под тонкой кожей билась жилка, и чувствовал, как Селена дрожит под моими ладонями. Селена отвечала так же — напористо и одновременно застенчиво, словно всё ещё училась доверять не только мне, но и самой себе.