Глава 25 Цена признания
Я прикрыл глаза, чувствуя омерзение. Было очевидно, что Жан не собирается ограничиваться только разговорами. Но и Гастон пришёл сюда не чаю попить, а за нашими головами.
— Селена, — Жан, не дождавшись моего ответа, повернулся к девушке, и в его голосе не осталось ни капли недавней усмешки, только жёсткость. — Одолжи мне свои хирургические инструменты. Мне нужно полчаса на 'подготовку гостя. Потом, Эллади, можешь спускаться.
Омерзение стало настолько сильным, что я невольно скривил лицо. Селена тоже замерла, глядя на Жана с лёгким прищуром.
— Не переживайте, — Жан поднял ладонь, будто успокаивая. — Инструменты я пока в ход пускать не буду. Только наглядно разъясню Гастону его положение.
Селена помедлила ещё немного, явно не в восторге от идеи, но всё же молча кивнула. Она поднялась наверх и принесла небольшую кожаную сумку. Жан принял её без слов, перекинул ремень через плечо и направился к лестнице в подвал. Шаги по деревянным ступеням гулко прокатились по комнате, потом дверь закрылась, и стало тихо.
— Это может затянуться, — обратился я к своим бойцам. — Так что идите отдыхать.
Селена выразительно посмотрела на двери в подвал, и я поспешил её успокоить:
— Я прослежу, чтобы Жан не зверствовал. И инструменты простерилизую, даже если их не пустят в ход.
— Спасибо, но я тут посижу, — мягко возразила Селена.
Я пожал плечами и заварил чай. Лис немного поколебался и, решив, что он тут лишний, а может, просто спать хотел, ушёл в свою комнату. Я сидел у камина с кружкой и, пытаясь не думать, что именно Жан называет «разъяснением положения». Минуты тянулись медленно, но время неостановимо бежало вперёд. Наконец я встал, через силу улыбнулся Селене и спустился вниз.
В подвале было сумрачно. Свет единственной масляной лампы выхватывал лишь центр помещения. Дальние углы тонули в тени, и только у стены смутно чернели две решётчатые клетушки, в которых ночная гильдия, если требовалось, держала особо неудобных гостей.
Гастон сидел голый, крепко привязанный к стулу. Жан аккуратно срезал с него исподнее — оно валялось кучей в углу. Перед пленником на белом полотенце, расстеленном на столе, были разложены инструменты Селены. Блестящие, острые, хищные. Щипцы, скальпели, иглы… Всё это до боли и спазмов в животе напомнило мне пыточную, где совсем недавно я сам находился в похожем положении. Только теперь стул жертвы занимал Гастон. Во рту у него торчал кляп, а глаза, полные страха, метались между мной и Жаном.
Жан стоял рядом, неторопливо перебирая инструменты. Он взял щипцы и спокойно поднёс их к лицу Гастона. Металл холодно блеснул в свете лампы.