— Красиво горит, — тихо сказала она, не отводя глаз от пламени.

— Красиво, — согласился я, хотя смотрел уже не на костёр.

Селена повернула голову. Наши взгляды встретились. В её глазах отражался огонь, и на миг мне показалось, что между нами пробежала та самая искра, которую не потушить ни водой, ни словами. Я медленно протянул руку и убрал прилипшую прядь с лица девушки, потом коснулся кончиками пальцев её подбородка, чуть приподнял лицо. Она не отстранилась. Наоборот, наклонилась чуть ближе.

Расстояние между нами стало совсем небольшим. Я чувствовал тепло её кожи, услышал, как она тихо, почти беззвучно выдохнула. Селена прикрыла глаза на секунду — и этого хватило.

Я наклонился.

Наши губы почти соприкоснулись, дыхание смешалось, мир сузился до этого крошечного пространства между нами. Ещё мгновение — и я бы её поцеловал. По-настоящему.

Но в этот самый момент мои пальцы скользнули по её правой щеке, и зацепили то самое место.

Круглое клеймо диаметром в четыре сантиметра. Грубый шрам отчётливо ощущался под пальцами.

Селена резко дёрнулась назад, будто я её обжёг. Её ладонь мгновенно взметнулась к щеке, закрывая клеймо. Вся романтическая магия, которая только что витала в воздухе, разлетелась вдребезги.

— Не надо… не смотри туда, — прошептала Селена хрипло.

— Селена, — начал я тихо.

— Нет, — перебила она быстро, почти панически. — Не надо ничего говорить. Просто… не надо.

Она отодвинулась. Не резко, но решительно. Обхватила себя руками, будто вдруг стало холодно.

Мы сидели так некоторое время — рядом, но уже на расстоянии. Иногда расстояние измеряется не метрами, а твоими мыслями. Искры всё так же улетали в ночь, а у соседнего костра раздавался смех и стук костей.

Наконец вернулись Лис и Бывалый. Довольные, чуть хмельные от азарта и, судя по всему, от выигрыша.

— Ну что, командир, — хмыкнул Лис, — мы тут немного обогатились. А вы как, не заскучали?

— Нормально, — ответил я, стараясь держать голос ровным. — Пора спать.

Лис и Бывалый забрались под телегу. Селена завернулась в плащ с головой, оставив на виду только прядь волос. Я остался у огня, лёг на спину, и стал наблюдать за звёздным небом.

Костёр почти догорел. Последние угли тихо тлели.

Ни Селена, ни я больше не сказали ни слова.

Но я знал, что этой ночью мы оба будем долго лежать без сна — каждый в своей тишине, каждый со своими мыслями о том, что почти произошло.

* * *

Утром нас разбудил холодный туман и Бертран, который громким голосом отдавал приказы на сбор лагеря и построение в походную колонну. А Система порадовала меня сообщением: