— Удивлён, Эллади? — с издёвкой спросил Ирвин. — Я здесь три года торчу. Ты действительно считал, что я не знаю, чем занимается Арно? И что товар они берут из храма Этьена, где его успешно списывают? Да, это незаконно, и мы должны это пресекать. Но Ордену до этого нет дела, у нас, как ты правильно понял, есть более важные дела.

— А ещё у Ордена всегда есть рычаг, чтобы надавить на Церковь, — добавил я невысказанную Ирвином мысль.

— Действительно быстро соображаешь, — подтвердил мои рассуждения инквизитор. — Теперь насчёт твоих требований.

Ирвин сделал паузу, словно что-то подсчитывая в уме.

— Ты мне всё подробно расскажешь. Передашь все вещественные доказательства. Артефакты ментальной связи получишь. Разрешение на любую алхимию до (Е+) ранга включительно — тоже. Но на орденскую не более десяти штук. Не в месяц, не в год, а вообще.

Ирвин сделал небольшую паузу и продолжил.

— Церковную Амнистию я сделать не могу, потому что я инквизитор, а не епископ. Но могу выдать предписание Церкви обелить все ваши незаконные ОР, модификации и прочее. С«Кровью Господней» поступлю так же: выдам предписание, и церковники всё предоставят. Что же до Сен-Валери…

Ирвин скривился, словно его заставили богохульствовать перед лицом Владыки.

— От этого дела смердит церковным произволом, Эллади. Тогда епископские, фактически, сорвали расследование Инквизиции и сожгли Сен-Валери без нашего ведома. А потом, задним числом, Орден был вынужден признать правомерность их действий. Но несмотря на всё это, я не могу повторно открыть дело без каких-то новых доказательств. Более того, санкционировать пересмотр дела должна Инквизиция, но сам пересмотр будет вести Церковь. И если виновник не найдётся, то положительный исход крайне маловероятен. Такой удар по репутации никому не нужен.

— Я правильно понял, что сделать по этому вопросу вы ничего не можете?

Ирвин некоторое время оценивающе разглядывал меня, раздумывая, что сказать. И стоит ли вообще что-то говорить.

— Я могу дать тебе право расследовать это дело, — наконец, нехотя выдал лейтенант.

Выглядело так, словно мне делают очень-очень большое одолжение. Будь я моложе лет на тридцать, может и купился бы. А так выходило, что на меня вешали долг и при этом я ещё должен сделать за Орден работу, которую они в своё время выполнить не смогли. Власть вообще любит щедро раздавать обязанности, называя это доверием.

— Я назвал цену. И теперь я спрашиваю: может ли Инквизиция её оплатить? Если не может, то я пойду к его преосвященству. Тем более, по вашим же словам выходит, что без поддержки епископа Сен-Валери не оправдают.