Губы Ирвина чуть дрогнули — он прекрасно понял, что я его хитрый ход раскусил.

— Я знаю таких, как ты, Эллади, — немного отстранённо и настолько туманно начал говорить Ирвин, что я сразу насторожился. — Такие, как ты, постоянно куда-то влезают. Вы не можете спокойно сидеть на месте, вам постоянно нужно что-то делать, куда-то бежать. А ещё я вижу, что у тебя по этому делу уже что-то есть. Поэтому я хочу, чтобы ты довёл расследование до конца. Нашёл настоящего виновника. Тогда Орден продавит пересмотр, и он будет положительным. Земли и титул, конечно, не вернут, но имя очистят.

— А Ордену это зачем?

— Чтобы показать Церкви, что не стоит давить на Орден и заставлять подписывать бумаги задним числом.

— А мне это зачем?

— Это же тебе нужен пересмотр дела.

— Во-первых, не настолько сильно, чтобы лезть в разборки между Церковью и Орденом. А во-вторых, вариант с его преосвященством всё ещё выглядит более привлекательно.

Ирвин размышлял и колебался буквально одно мгновение. Настолько мало, что мне стало ясно: дело гораздо серьёзнее и глубже, и не ограничивается местью одной конторы другой.

— Назови свою цену и я подумаю, — произнёс инквизитор.

Я прикрыл глаза и стал рассуждать. Если соглашусь, придётся остаться в де Монфор не ясно на сколько. А здесь мне не очень рады. Формально обещание, данное Селене, я сдержал и с инквизитором поговорил. Но от такого буквоедства стало мерзко на душе — я ведь мог попытаться сделать больше. Но и совать голову в петлю было глупо. Значит, нужно поднять ставки.

— У меня будет два условия. Первое: мне необходима какая-то бумага, что я работаю на Орден на время этого расследования. Бумага не должна меня обязывать отчитываться или выполнять приказы Инквизиции. Но должна показать всем, что я — человек Ордена и связываться со мной не нужно.

Ирвин позволил себе немного улыбнуться, его глаза блеснули. Он уже праздновал победу, был уверен, что я заглотил наживку. Погоди, мой друг, ты ещё не услышал второго условия.

— Я выдам тебе статус Агента Инквизиции на один год с пометкой «свободный». Это внутренняя пометка Ордена, её никто не увидит, кроме нас. Так мы называем временных служителей.

— Какое завуалированное название Орден дал простому слову «наёмник», — пробормотал я. И уже нормально и совершенно спокойно, словно говорил о покупке мешка зерна, добавил: — И второе: патент капитана.

Ирвин замер, и его глаз опять дёрнулся.

— Патент капитана? Серьёзно? Ты понимаешь, что это не простая бумажка с печатью? Это право набирать отряд, брать контракты, выбирать сторону в войне.