Я сидела, не мигая, чувствуя, как холод проникает в самые кости.

— Они... они сделали это сами? Они выбрали забыть меня, чтобы выжить?

— Это был инстинкт, дитя. Инстинкт самосохранения, — Изольда говорила мягко, но ее слова были смертельны. — Но есть и другая сторона. Барьер Дариана... его можно было не поднимать до конца. Он мог бы оставить крошечную трещину. Мог бы оставить память о том, что ты существуешь, даже если бы разорвал связь. Но он не оставил. А Кайрен... он мог бы направить огонь на исцеление, а не на забвение.

Я поняла.

Они не просто забыли. Они “решили” забыть. Или, по крайней мере, их подсознание сделало этот выбор. Я была слишком тяжелой. Я была той самой , которая угрожала их статусу, их жизни, их свободе. Когда магия ушла, когда я стала "обычным человеком", Зов перестал быть их спасением и стал их якорем. И они сбросили этот якорь.

— Они притворяются, что это амнезия, — прошептала я, и горький смех вырвался из моей груди. — Они используют взрыв как оправдание. Чтобы не нести ответственность. Чтобы не признаваться, что они нарушили клятву Триады и выбросили свою пару, потому что она сломалась.

— Возможно, — тихо согласилась Изольда. — В мире высшей магии честь часто уступает удобству. Наследники великих родов не могут быть связаны с "пустой". Это стало бы предметом насмешек, слабостью. Для них легче считать тебя сумасшедшей первокурсницей, чем признать, что они не выдержали веса истинной связи.

Слезы снова подступили к горлу, но я заставила себя сглотнуть их. Я не буду больше плакать. Не перед ней. Не перед ними. Та девочка, которая верила в сказки, умерла в Главном зале.

— Что теперь будет со мной? — спросила я, и мой голос звучал пугающе ровно. — Вы сказали целителю, что по уставу я должна покинуть Арканум. Я... я понимаю. Я соберу вещи. Мне просто нужно... мне нужно время, чтобы понять, как вернуться в свой мир. Как посмотреть родителям в глаза.

Изольда покачала головой. Она открыла ящик стола и достала оттуда небольшой, тяжелый браслет из тусклого, матового серебра. На нем не было никаких камней, только сложные, едва заметные руны.

— Ты неверно истолковала слова мастера Вэлериуса, — произнесла директриса. — Да, магический фон Арканума опасен для тех, у кого нет ядра. Он будет медленно разрушать твое обычное тело, вызывая мигрени, кровотечения и раннюю старость. Ты не сможешь жить в башнях студентов. Но... Арканум — это не только башни и лекции. Это огромная машина, которой нужны шестеренки.

Она пододвинула браслет ко мне.

— Это артефакт-глушитель. Древняя реликвия. Если ты наденешь его, он создаст вокруг тебя тонкую пленку, которая будет нейтрализовывать агрессивный магический фон. Ты сможешь ходить по коридорам, дышать этим воздухом и не умирать. Жить свою обычную жизнь.