— Ставлю сто целковых против ломанного гроша, что мы попали в катакомбы.

— Какие ещё катакомбы? — протараторила девица из темноты, возникшей после того, как энергоструктура исчезла.

— Дык вы же со мной не разговариваете, — ехидно заметил я.

Василиса посопела немного и с великим одолжением в голосе сказала:

— Так уж и быть, ежели вы просите, то я пойду вам навстречу и продолжу говорить с вами. Так о каких катакомбах вы говорите? И ещё подайте мне руку.

Я вытянул свою лапу в ту сторону, где на четвереньках стояла девушка, нащупал её ручку и помог ей выбраться из земляной кишки, а потом коротко рассказал о том, что мне недавно поведал граф Чернов.

— А откуда вы знаете, что некий правитель совершал тут жертвоприношения, желая получить бессмертие?

— Мне поведал об этом граф Чернов. Он мой учитель.

— Его сиятельство ваш учитель?! — ахнула Василиса. — Быть того не может!

— Ещё как может, — усмехнулся я и осторожно посеменил вперёд, скользя пальцами левой руки по мокрой стене, покрытой бугорками грязи. — Не отставайте, сударыня. А лучше дайте мне вашу ладонь. Не хочу, чтобы такая ценная пленница где-нибудь потерялась.

Василиса поколебалась немного, а затем нащупала мою руку, сжала ладонь и мрачно буркнула:

— А я не хочу остаться одна в этом жутком месте. Иногда даже общество паука милее одиночества.

— Наверное, все пауки за такое сравнение вам бы поаплодировали, не жалея лап, — иронично проговорил я, сунул руку в нишу со скелетом, цапнул первую подвернувшуюся кость и швырнул её на пол, дабы отметить наш путь. И впредь стоит поступать ровно так же, чтобы не заплутать.

— Хм, — скептически хмыкнула Петрова и следом спросила: — Выходит, что все эти бедняги, гниющие тут, — жертвы того правителя, одержимого идеей стать бессмертным?

— Скорее всего. И их здесь многие тысячи. Наверняка над нами есть ещё пара этажей с гробами, и именно их постояльцы чуть не разорвали нас на куски. Надеюсь, граф Чернов и Император придумают, как уничтожить их наиболее приемлемым образом, а то ведь не надо быть шибко умным, дабы загнать в Чернолесье магов и заставить их сражаться с призраками. В таком случае среди людей будут очень высокие потери. Даже все имперские маги смерти не сдюжат. Наверное, проще всего сжечь кости призраков. В этом случае они исчезнут на веки вечные. Но людям Императора придётся как-то проникнуть в катакомбы, а об их существовании не знает даже мой учитель. Поэтому, моя дорогая Василиса, нам обязательно нужно спастись.

— Я вам не дорогая.

— Дешёвая?

— У вас не язык, а помело, — жёлчно проронила она и внезапно тихонько застонала, а её ладошка в моей руке дёрнулась.