— Вы… военный? — вопрос срывается с губ.
— Был, — коротко бросает он, не отрываясь от работы.
— Ранение?
— Да.
На этом разговор исчерпан. Он не хочет рассказывать. И я не спрашиваю.
Через час дверь стоит как скала. Он проверяет её, открывая и закрывая несколько раз. Движение стало плавным, тяжёлым. Теперь её не выломать ни одному пьянице.
— Спасибо, — благодарю задавая вопрос: — Сколько я вам должна?
Он смотрит на меня с удивлением. Его «полуусмешка» становится чуть заметнее.
— Ничего. Не за что. Соседи. Сочтёмся.
Он собирает инструменты. На пороге оборачивается.
— Если что — стучите. В стену. Я услышу.
И уходит.
Я закрываю новую, несокрушимую дверь. Поворачиваю ключ. Звук — глухой, надёжный.
Возвращаюсь к столу, к своим расчётам. В голове всё ещё туман, но теперь в нём появилась ясная точка по имени Алексей. Человек, не задающий вопросов. Не лезущий с жалостью. Не требующий благодарности. Он видит проблему и устраняет её.
Я впервые за время, что живу здесь, чувствую не страх, а осторожную, робкую уверенность. Если в мире «жопы» есть такие люди, значит, не всё потеряно. Значит, и я смогу починить свою жизнь.
Открываю ноутбук. Вдыхаю запах дерева и начинаю печатать. Формула ждёт. А я — больше не боюсь.
Глава 5
Алексей становится не соседом, а условием окружающей среды. Как гравитация. Как стены моей «хрущёвки». Постоянный, незыблемый факт моей новой реальности.
Он не лезет с расспросами. Никогда. Не спрашивает, как я себя чувствую. Не спрашивает, где мой муж и почему я здесь оказалась. Он просто фиксирует состояние системы. Беременная женщина. Одна. Нужно помочь. Сломанная дверь была первой неисправностью. Он её устранил.
Дальше начинается что-то похожее на тихую, методичную операцию по спасению девы в беде.
Первым делом он заменил тусклую лампочку в общем коридоре на яркую светодиодную. Принёс стремянку и поменял, без всякой просьбы. Теперь из окна на площадке не падает могильный полумрак и не страшно подниматься домой.
Через день, утром, я нахожу у своей двери пластиковый контейнер. Внутри — еда. Не ресторанная доставка, домашняя: куриная грудка на пару, гречка, салат из сезонных овощей. Всё аккуратно разложено по секциям. На крышке — записка чётким, мужским почерком: «Беременным нужно регулярное питание. Белок, клетчатка, сложные углеводы».
Я стою, смотрю на контейнер. Мне стыдно. Я не просила. Я — нищая, но не нищенка! Собираюсь постучать к нему, чтобы вернуть и сказать, что справлюсь сама.
Но потом открываю холодильник. Там — полпакета молока, кусок сыра и яйца. И всё! Деньги кончаются. Грантовая заявка ещё не подана, а есть действительно хочется. За двоих. Иду на запах.