Останавливаюсь. Беру смартфон. Набираю его номер. Сердце не колотится, оно замерло в ожидании.

– Ариана? – он принимает вызов сразу, после первого гудка. В его голосе – облегчение и тревога. – Я уже думал, ты никогда не позвонишь.

– Нам нужно поговорить, Андрей, – говорю без предисловий. – Приходи сегодня. В семь.

– Я буду, – он отвечает, не задавая вопросов.

Нажимаю на сброс. Подхожу к окну. На улице начинает темнеть. Огни города зажигаются один за другим.

– Кто ты, Андрей? – шепчу я стеклу. – И что за тени прячешь за своей улыбкой? Какие тайны ты скрыл от меня? Я думала мы были с тобой откровенными.

Знаю, что разговор станет одним из самых трудных в моей жизни. Потому что от него зависит, станет ли наша прелюдия началом новой симфонии… или финальным аккордом моего одиночества.

Эпилог

Прошёл год. Целый год счастья. Иногда я просыпаюсь и на несколько секунд замираю, прислушиваясь к тишине. Но это уже не к той, давящей тишине одиночества. Это – новый мир. Глубокий, насыщенный, наполненный дыханием спящего города за окном и лёгким эхом вчерашней музыки, всё ещё витающим в стенах моего дома.

Здесь всё дышит мной. На пюпитре «Стейнвея» лежат новые, ещё не разученные партитуры. На полках, рядом с классиками, стоят современные композиторы, чью музыку я теперь открываю для себя. На кухне пахнет не только кофе, а имбирным печеньем, которое я пеку по субботам. Для Лизы. И для себя.

Сегодня у меня мастер-класс в консерватории. В той, стены которой помнят меня юной, восторженной и безумно влюблённой в музыку. Я иду по знакомым коридорам. Они встречают меня не как опальную студентку, вернувшуюся с поля семейной битвы, а как Ариану Горину. Пианистку.

Я вхожу в класс. Молодые лица, полные надежды, сомнений и того священного трепета, который я сама когда-то испытывала. Они смотрят на меня. Я вижу в их глазах не жалость, а интерес. Уважение.

– Здравствуйте, – сдержанно улыбаюсь им. – Давайте начнём. Музыка не терпит долгих вступлений.

Мы работаем. Я слушаю, поправляю, иногда сажусь за второй рояль и показываю сложный пассаж. Их пальцы неуверенны, но в их глазах горит огонь. И я понимаю, что могу передать им не только технику, но и нечто большее – понимание, что музыка – не просто ноты. Это жизнь.

– Не бойтесь тишины, – говорю я одной талантливой, но слишком торопливой девушке. – Пауза – это тоже звук. Она готовит слух к следующей фразе. Как вдох перед признанием.

Девушка смотрит на меня с удивлением, потом кивает. И играет снова. Уже иначе. Более осознанно.

После мастер-класса ко мне подходит застенчивая студентка.