— Это ты человечка, — возражает Кай. — А Эйлис теперь волчица.
Я не в силах сдержать улыбку. Мой маленький защитник.
— Не слишком ли ты дерзкий для подобранного щенка? — хмыкает Мила. — Когда твоя сестрица родит сына, я воспитаю его правильно. Чтобы слушал и уважал старших.
— В каком смысле? — я хмурюсь.
— В прямом, дорогуша, — Мила вскидывает подбородок. — Или думала, что ты нужна здесь для чего-то ещё? Нет. Твой удел — родить Роверу детей, а после можешь быть свободна. Я воспитаю их как своих.
Вздрагиваю и неосознанно прижимаю к себе Кая. За шиворот будто миску снега высыпали. Даже моя волчица не подсказывает верной реакции.
Перевожу взгляд на Ровера. Неужели поддержит такой план? Или вовсе сам его придумал?
Глава 7. Манипуляции
Ровер
— Нет.
Мы с Эйлис произносим это одновременно и тут же встречаемся взглядами. Её радужка загорается голубым, и я знаю, что моя светится в ответ.
Что за девчонка...
Мне всегда нравились яркие и необычные женщины. Как Мила, например. С густыми огненными волосами, полной грудью и мягкой кожей, на которой легко оставить синяки, если проявить грубость. До неё у меня была, пожалуй, ещё более экзотичная партнёрша — Яра, с чёрной, будто натёртой углём кожей. В постели она сильно проигрывала Миле в инициативности.
Я думал, что нашёл счастье со своей ведьмой. Она заставила за ней побегать, я спустил немало денег на подарки. Для кого-то целое состояние.
А теперь смотрю на мелкую тощую девчонку, и сердце будто в мёд макают. Звериная половина души никогда не возражала против моих вкусов, но теперь волк будто помешанный и одержимый этой маленькой девчонкой, что ощутимо меня младше. Это немного злит.
Я не знаю, о чём с ней говорить, чего не стоит ей рассказывать. На Милу можно положиться во многих вопросах, а Эйлис…
Её единственная функция — стать матерью моих детей. Так решила луна, не я и не Эйлис.
Более того, мне пришлось обратить человечку, а это в подавляющем большинстве случаев запрещено.
— В каком смысле нет? — шипит Мила. — Мы же обсуждали…
Я морщусь. Она не хотела детей в начале наших отношений, а я заверил, что их и не будет без признания её моим зверем. Пару раз после мы возвращались к этой теме, но без конкретики. Мила всё так же не хотела.
Сейчас я не стану спорить с ней при Эйлис, волчонке и гувернантке, но позже спрошу, какого демона творится. И в честь чего такие резкие перемены.
— Что ж это деется-то?! — запричитала Райда. — У матери дитя отнять! Непростительно! Луна не допустит.
— Да заткнись ты, — отмахивается Мила и хватает меня за ворот. — Почему нет? Всё же идеально! Как мы и хотели.