Не понимаю, что со мной. Всё тело напрягается, так что я чувствую, что вот-вот превращусь ещё во что-то. Мне будто щекотно, и всё же ощущения другие. От кончиков пальцев рук и ног в сторону нижней части живота катятся бусинки густого мёда. Сладко, томительно и тяжело.
Мечусь в руках Ровера будто одержимая. Не прекращая меня гладить и целовать, он неожиданно выпускает мои запястья и снова кладёт ладонь на грудь. В тот же миг собранный «мёд» взрывается тысячами фейерверков, стреляя в каждую часть моего тела слабостью и наслаждением. Я вскрикиваю и выгибаюсь, а лорд прижимает к себе и мягко и нежно целует меня в висок.
— Ты моя, Эйлис, — говорит лорд. Я едва слышу его через толщу воды. — Нигде и ни с кем ты не получишь такого удовольствия, как со мной.
У меня нет сил спорить с ним. Я расслаблена и счастлива… была ровно до того момента, пока до меня не дошёл смысл его слов, и я не вспомнила, каким он был с Милой.
То, что Ровер сделал со мной… это ведь ненастоящий секс? Секс, это когда хорошо обоим, так?
Выходит, что мне он шансов не оставляет, и… не получит такого удовольствия со мной?
Глава 21. (Ровер) Подарки
Сходил в ванну умыться.
Проклятье, эти игры меня с ума сведут. Маленькая сладкая девочка, какая же она чувственная, отзывчивая и искренняя. А главное — только моя. Никуда не денется, подчинится, сделает всё, что я скажу. Женщина, которую я заполучил силой, но пока не завоевал. Мне интересно с ней играть, но держаться всё сложнее. Особенно когда она, нагая и открытая, жмётся к груди, царапает спину и стонет-скулит. О, луна, это пытка! Я не представляю, каким чудом я не взял её сейчас.
Нет. Решил, что удержусь. Приучу к себе. Испытав удовольствие один раз, она станет жаждать его снова, распаляться быстрее. Просто возьму её — испугается, но если сперва покажу, как хорошо может быть, консумация пройдёт приятнее для нас обоих.
Главная проблема в том, что делать со ставшими слишком узкими штанами. Нужно с этим разобраться.
Возвращаюсь в комнату. Эйлис всё ещё прячется под одеялом и смотрит на меня испуганно, будто боится наказания. Это немного отрезвляет.
— Что? — наклоняю голову к плечу.
— Зачем ты… так со мной?
— Как так? Делаю тебе приятно? — усмехаюсь я, а мысли снова текут в направлении желания. — Потому что хочу, чтобы тебе нравилось. Я не насильник.
— А если мне не понравилось?! — рычит она.
— Тогда ты не кричала бы так страстно, — растягиваю губы в ухмылке. — Не цеплялась бы в плечи, не двигала тазом навстречу. Не ври, Эйлис. Никогда не ври мне.
Краснеет и подтягивает одеяло выше. Проклятье, может, всё же сорвать его с неё? Мне уже физически необходимо взять кого-нибудь. Ещё немного, и на служанок заглядываться стану.