Прятаться.
Я вздрагиваю. Не моя мысль, это волчица! Проснулась! О, мать луна, спасибо тебе!
Слышу, как в комнату кто-то входит. У меня есть несколько секунд, чтобы выбрать место, коих здесь не так уж много.
«Взять одежду Ровера», — подсказывает моя волчица.
Я с ней не спорю. Я вообще так рада её чувствовать. Скажет с балкона прыгать — прыгну. Подбегаю к стоящей в углу ванне. На полу всё ещё лежит моё платье и одежда Ровера. Успеваю схватить рубашку, когда слышу грохот распахнутой двери. Кто бы не ломился в нашу спальню, он здесь.
От испуга мир становится больше, и я падаю на… лапы. Обращаюсь!
Волчица забирает инициативу, цепляет зубами пиджак Ровера и вместе с ним пролезает в угол, где стоит полочка с разными маслами и шампунями. Не знаю, поместилась бы я сюда человеком, но волчицей умудрилась даже под ванну залезть.
В комнате что-то происходит. Я слышу грохот распахиваемого шкафа и, возможно, сдвинутой кровати. Стук двери балкона. Меня ищут и, судя по настроению, явно не для того, чтобы напоить чаем.
Утыкаюсь носом в пиджак Ровера. Пахнет Милой, но им всё-таки больше. На мне тоже одна из его рубашек, не успела снять, так и залезла в ней.
Грохот! Это ударилась о стену прикрытая мной дверь ванной. От страха перестаю дышать. На полу синие всполохи моего платья, ног вломившегося гостя не видать. Слышу только, как он обходит ванную, распахивает шкаф с полотенцами, проверяет за шторами, ворошит моё платье. Молюсь луне, чтобы он не догадался заглянуть под ванну, и сильнее поджимаю хвост.
Кажется, он может услышать стук моего сердца. Секунды размазаны по комнате и давят на меня так, будто я держу на плечах всё время мира. Хочется просочиться сквозь плитку пола, впитаться в камень замка и исчезнуть. Лишь бы не нашли… Я превратилась из человека в волка, а теперь очень хочу стать мышкой. Запах Милы жжёт нос, но он должен скрыть мой запах.
Целую вечность спустя слышу тихое ругательство, а потом удаляющиеся шаги. Я не двигаюсь, выдохнуть по-прежнему боюсь. Особенно когда в комнате снова что-то громыхнуло и только после этого стихло.
Пронесло?
Лежу будто парализованная. Постепенно учусь заново дышать.
— Эйлис!
Будто из-под воды слышу голос. Не сразу узнаю его, а потом вздрагиваю оттого, что в комнате снова что-то падает.
— Эйлис!
Волчица бьёт хвостом, хочет к нему, но вместо того, чтобы пятиться назад, лезет под ванну глубже и зацепляется. Проклятье!
— Эйлис! — Ровер снова что-то роняет. Очень большое и тяжёлое. Шкаф, что ли?
От грохота можно ползамка перебудить, и я испуганно взвизгиваю.