Как я ни старалась отвлечься, даже на уснувшего и всё ещё не вернувшего человеческий облик Кая, мысли раз за разом возвращаются к Роверу. Что с ним? Не попал ли в беду? Что сделают другие двуликие, если поймут, что он сейчас не чувствует своего волка? А если убьют? Что будет с нами? С домом Альварин? А вдруг вообще к Миле опять пошёл? Он обещал отпустить её, если найдёт Кая, вдруг… И тогда они… Даже не знаю, что хуже — новая измена или то, что могут сделать другие волки.

Меня злит неопределённость. Вдруг ещё кто-то зайдёт? Мы же так и не выяснили, кто вломился в нашу спальню. Маме про отчима я пока не стала говорить, а она и не спрашивала.

— Не по любви брак, — вздыхает мама. — Тяжело вам сойтись характерами, но, знаешь, раз луна вас связала, значит есть шанс, что смиритесь. Время нужно.

— У него другая женщина, — я опускаю голову. — Он любит её, а я… всё испортила. Теперь кажется, что он из-за меня разрушил свою жизнь.

— Кай рассказал про эту ведьму. Но знаешь, милая, любовь ли это была? Вы оба разрушили привычные вам жизни. Мосты сгорели, живи дальше.

— Это другое, мам, — я хмурюсь и качаю головой. — Он мне изменил. В день свадьбы как минимум!

— Дорогая моя, ответь себе на вопрос, ты хочешь быть гордой или счастливой? — мама качает головой. — Я не стану оправдывать лорда сейчас или искать мотивы его поступков. Скажу лишь, что все ошибаются. Уверена, двуликие тоже.

— Он не просто ошибся. Я знаю, что Мила чем-то опаивала его. Ровер не чувствует её запаха. Сегодня она вообще… сделала что-то, из-за чего Ровер стал человеком. Я боюсь, что если так и останется, то мы не сможем… и Ровер в конце концов останется с ней!

— С чего бы ему? Ты его истинная…

— Если он теперь человек, то на луну ему всё равно.

— Ты всё же хочешь быть с ним или обрадуешься, если он уйдёт?

Я поджимаю губы. Сложный вопрос. Когда я думаю, что привязанность Ровера к Миле была вызвана ведьмовскими травами, мне становится немного легче. Но, с другой стороны, это ведь ничего не значит! Я сама привязана к нему из-за волчицы, но и без неё тянет к мужу. Поморщившись, выдавливаю:

— Не обрадуюсь.

— Вот. Доченька, я знала многих мужчин и общалась с множеством женщин. Я вижу, что он тебе мил. Богат, красив, влиятелен, на твоём месте многие мечтают оказаться. И всё же ты сомневаешься, хотя сердце давно всё решило.

Волчица в ответ на это стучит хвостом. Хочется поворчать на них обеих. Убедить, что всё не так. Обмануть.

— Сам факт того, что твой мужчина был с другой, ничего не значит, — мама пожимает плечами и игнорирует мой возмущённо вскинутый подбородок. — Ты прекрасно знаешь, что у него не будет детей с другой женщиной. Тебя задевает то, что она вызывает в нём больше эмоций, чем ты. Знаешь, — она вздыхает и продолжает после паузы. — Я не рассказывала раньше, но я разошлась с твоим отцом из-за измены. Молодая была, глупая. Думала, что всё решу, уйду, сама воспитаю. Нет. Тяжело одной, очень. Тебе пока сложно понять, у тебя нет детей, но поверь на слово, даже так тяжело. Сама помнишь, как трудно нам приходилось, жили впроголодь. Нет, Эйлис. Я думаю, что другая женщина — это сигнал, а не причина жечь мосты. Тем более в твоём случае. Нужно только, чтобы оба хотели что-то сделать.