— Ты про дела в Седьмой Окраине? Так у меня для тебя новость, Айса: больше мне из дома писем не пишут, вычеркнули из семейного древа, зато вписали в список злейших врагов и никаких распоряжений больше не дают! Но если бы твоих или моих стерли с лица земли, то мы бы об этом уже узнали. Не настолько уж тут дремучий народ. Но если хочешь знать мое мнение, то мой папаша не выпустит Имельское княжество, как и остальные восставшие территории — это ведь вопрос и его репутации, и могущества всей его Окраины. Пока он жив, мира на твоей родине не будет, это точно.

— Тогда от души пожелаю ему скорой кончины, — сквозь зубы процедила я. — Но нет, Аштар, я хотела поговорить не об этом!

— О Марите? — С демонами очень сложно общаться, ведь терпение в число их добродетелей не входит. В их характере вообще нет графы «добродетели». — Забудь уже про ее выпад. Она очень сильно на этот счет переживает.

— Правда⁈ — я позабыла о намеченной теме разговора. — То есть Марита сожалеет?

— Сожалеет, — подтвердил он. — По крайней мере говорит, что тот день был одним из тех, когда все идет наперекосяк. Я ей настроение испортил, ревность ей мозги подъела, вот и не сдержалась — выплеснула какую-то обиду на тебя, хотя по-настоящему тебе зла никогда не желала.

— Серьезно? То есть вопрос только в мимолетной эмоции? Ты в этом уверен?

— Скорее да, чем нет, — он не стал изображать твердую убежденность. — Но похоже на то, раз она вчера мечтала, чтобы вашу и нашу свадьбу провели в один день. Это было бы символично, раз она все еще считает тебя своей лучшей подругой… — он подумал и добавил задумчиво: — Ну и выгодно, потому что семья Сао точно не поскупится, а нашу парочку у венца даже не заметит.

Усмехнулась иронии. Я бы хотела примириться с подругой и больше тяготы не вспоминать никогда. Но и Марита не была предметом сегодняшнего плана:

— Это радует. Но у меня к тебе вопрос совсем другого рода. Как я уже сказала — весьма деликатный, почти стыдный…

— Да говори ты уже! — он теперь и ярости поддался.

И мне пришлось заставить себя произносить слово за словом:

— Дело в том, что мы с Хинандой достаточно близки. А у нее, как и у всех демонов, есть одна особенность — спокойно и без стеснения обсуждать любую тему, в том числе самую интимную. И я опасаюсь, что в одном из таких разговоров я могу оплошать…

— Возьми еще курс по риторике, Айса, у тебя серьезные проблемы с изложением интимных тем, — проговорил он, но заинтересовался.

Я начала краснеть, и от этого осознания смущаться еще сильнее:

— Я имею в виду, что мне нужны кое-какие сведения — ну, те сведения, которые можно узнать только после отношений определенного рода… ты понимаешь.