«Со всем остальным мы и завтра сладим», — подумал я, открывая дверь в парную.
Глава 21 Завиральная идея
Утро выдалось солнечным. Вчерашняя баня смыла, казалось, всю усталость после непредвиденной охоты и проверки яблоневых садов. В хате пахло хлебом, дымком из печки и табаком деда.
Я вышел на двор пораньше. Земля еще прихвачена ночной изморозью, на крыше сарая важно расхаживал ворон. А нет — вон Хан прилетел, и чужака как ветром сдуло.
Звездочка, завидев меня, фыркнула и потянулась губами. Ласточка ревниво переступила, но стоило почесать за ухом, тут же успокоилась.
— Доброе утро, трудяги, — буркнул я. — Вчера, небось, натаскались по склонам, сегодня отдыхайте.
Почистил им копыта, вычесал щеткой, проверил сложенную в углу сбрую и подпруги. Сено, овес положил, ведро воды — и к завтрашнему дню лошадки снова будут как огурчики.
Дед выглянул на крыльцо, поправляя папаху.
— Здорово ночевали, — буркнул он по привычке.
— И тебе, дедушка, — отозвался я. — Как оно, колени не ломит?
— После бани добре, Гришка, — проворчал он. — Шкуру-то куда занес?
— К Захару-кожевнику, — ответил я. — Сказал, медведь добрый, похвалил. Отдаст, как сладит. Потом решим, куда ее — в хату или еще куда. Я вот думаю, амбар надо ставить.
— Амбар у него, — хмыкнул дед. — Сначала землю обиходь да сады до ума доведи, а уж потом строй чего хошь.
Я только усмехнулся, промолчал. Слово «амбар» прочно засело в голове, как и картинка: здание с высоким потолком, погреб под ним, бочки с разным интересным. И много чего еще там организовать можно.
До обеда помог по дому. С Асланом перетаскали поленья в сени, подправили загородку у кур, подлатали воротину у сарая, которая все норовила перекоситься. Алена, насупившись из-за чего-то на Аслана, лепила вареники, Машка путалась под ногами, дед ворчал у стола, раскладывая табак в кисет.
— Я к Семену Феофановичу после обеда поеду, — сказал я, когда с миской наконец устроился за столом. — Давно шашкой не махал. А тут после медведя в плечах гудит, кровь разогнать надо.
— Поезжай, Гриша, — кивнул дед. — Силу если не тешить, она дурью в голове гулять начнет. Семену поклон от меня передай да медвежатины шматок к столу не забудь.
* * *
Дорога к выселкам знакомая. Звездочка донесла меня бодро. Погода стояла хорошая: если бы не ветер с гор, и не скажешь, что уже ноябрь. Вспомнил, как у меня на Вологодчине в это время в прошлой жизни снегу, бывало, по колено, а то и больше.
Выселки Семена Феофановича встретили тишиной. Низкая хата, сарай большой, пара яблонь, колодец с журавлем, в стороне загон для лошадей. Из трубы тянулся тонкий дымок.