Я только головой покачал. И тут очередной должник. Ловко устроился Бабушкин.

— Он мне полтину дает, и хватит с меня. Так и сказал.

— Щедрый супостат, — буркнул я.

— Так ведь и работа не пыльная, — Ванька не понял издевки. — Стоишь и охраняешь молча, с пистолем в руках.

Ванька вдруг сглотнул слюну и покосился на блюдо с баранками:

— Гриша, а можно еще чайку? Больно вкусный он у вас.

Я улыбнулся и кивнул Дане, который сидел у печки. Тот занялся чаем для нашего гостя, а я продолжил расспрашивать:

— А что там за пистоль такой, расскажешь?

— У Андрея Михалыча коробка красивая имеется. Дворянская, говорит. А в ней два дуэльных пистолета уложено. Из таких один барин в другого стреляет, когда им подраться захочется. Это замест того, чтоб друг дружке кулаками рожи разбивать, они значит…

— Да-да, про дворянские дуэли я слыхал, — остановил я увлекшегося парнишку, которого понесло не в ту сторону. — И что, Бабушкин тебе эти пистолеты выдает, когда его охранять ездишь?

— Ну да, лично в руки! Один заряжает и за пояс себе сует, а второй мне выдает. И стрелять научил. Несколько раз пробовали.

— М-да, — усмехнулся я. — Грозный у вас арсенал выходит.

Ваня уловил, что я чутка насмехаюсь, и поспешил добавить:

— Но то только у нас. Еще ведь Степан Пыря всегда оружный бывает.

— А он чем в поездках тех занимается?

— Тоже охраняет Бабушкина да товары, что тот купит. При Степане всегда справа казацкая, сразу видно, кто едет, лишний не сунется.

— По Степану понятно. Вот что мне скажи: много разбойников было в прошлый раз?

Ванька задумался, начал загибать пальцы и беззвучно шевелить губами.

— Я пятерых видал.

— Знаешь, кто такие?

— Двое горцев. Один бывший солдат-дезертир. Да еще двое из наших земляков. Они-то как раз старые знакомые Бабушкина, через них он с этими татями и связывается.

Я насторожился и глянул вопросительно и требовательно: мол, продолжай.

— Из нашей волости они. Раньше вместе со всеми ехали на Кавказ переселяться. А по дороге куда-то запропали. Наши говорили, что те напились где-то в пути, кого-то крепко поколотили, да еще и обокрали. Ну вот им и пришлось скрываться. В Волынскую кабы сунулись, их тогда вмиг в кандалы определили бы. Так, наверное, и пошли бродяжничать, да к разбойникам прибились.

Я еще немного поспрашивал Ваньку по деталям и мелочам, но ничего нового тот уже не выдал. Все, что знал, рассказал. Дальше шли одни домыслы.

— Добре, Ваня. Помог ты мне сильно.

— Так я ж говорил, — парнишка расплылся в довольной улыбке.

— Говорил, говорил, — улыбнулся я. — Только теперь слушай внимательно.