— Шереметьев Эдуард и… — княжна на мгновение запнулась, припоминая второго участника предстоящей дуэли, знакомого ей только понаслышке, — И Хаттори. Леон Хаттори.

— О! Новоиспеченному правителю Забайкальского Ханства опять стало скучно⁈ Пойдём, дочка, посмотрим на этого перспективного юношу. Вот уж кто от тебя не шарахается, так это он…

Пропуская девушку в кабину лифта, князь Морозов вновь думал о власти. О том, что и она, к сожалению, имеет свои пределы. В некоторых, исключительных случаях, один из которых ему как раз предстояло наблюдать в самое ближайшее время.

А ещё… Ещё он хотел заполучить власть над человеком, что выпадал из привычной картины мира. И обратить его способности себе на пользу.

* * *

— Ваша Светлость, с Вами всё в порядке? Аль роялем придавило?

Раздражение тихо ворохнулось, но, придавленное волевым усилием, вновь притихло. Дыхательная гимнастика отлично помогала справляться с выходками друга, благодаря которому целиком и полностью отпадала потребность во врагах.

— Ваша Светлость, прервите медитацию и снизойдите до нас, простых смертных, умоляю!

Раздражение вновь вопросительно оскалилось и предложило сразу несколько вариантов отмщения. Хмыкнув, я даже немного удивился тому, насколько могу быть жестоким. И предпочёл не прибегать к столь кардинальным мерам. Пока не прибегать. Всё же этот рыжий оболтус пришёл за мной, несмотря ни на что…

— Ваша Светлость! Мы подъезжаем! Впереди нас всего два кортежа! — не унимался Лёха, прилипнувший к тонированному боковому стеклу лимузина, что столь любезно был предоставлен нам кланом Во Шин Во. — Ты речь выучил? Я же не зря старался?

— Я не умею врать. И потому не буду даже пытаться.

Староста скептически хмыкнул и патетично возвестил на весь салон:

— Вы только просмотрите на него! Пред вами воплощение семи добродетелей Буси-До! Непогрешимый и кристально честный человек…

— Ты перегибаешь, Лёха. — звенящая сталь в моём голосе вынудила друга поперхнуться на полуслове. — Не дергай спящего тигра за усы, если не хочешь увидеть его зубы.

— Если ты начал шутить пословицами, то я снимаю шляпу. И всё остальные вопросы с повестки дня тоже снимаю. Делай что хочешь… — махнул он рукой, оседая на кожаном диванчике и протягивая руку к минибару: — Потом только не жалуйся!

— Не веди себя как алкоголик!

— У меня стресс! Я друга спасал, преодолевая тысячи километров, сражался с демоном, придумывал и воплощал гениальный план…

На несколько секунд мне даже стало по-настоящему стыдно. Но раскаяние исчезло, стоило мне только вновь увидеть лукавые искорки в его глазах.