— Дозволено ли мне будет…

— Хватит! — рявкнул Леонард во всю мощь лёгких. — Меня уже тошнит от этого цирка! Веди себя нормально, а не так, словно ты…

— Словно я — всего лишь женщина? Так это мой единственный способ хоть как-то добиваться своих целей. — девушка мягко улыбнулась и развела руками. — Или ты имел ввиду нечто другое?

— Почему именно я? Почему ты не выбрала кого-то другого? — пьяно усмехнувшись, японец разочарованно потряс бутылку: — Больше нельзя. Дедушка ругаться будет.

— У тебя есть родственники?

— Не увиливай, Лена! — погрозив пальцем, парень отставил ёмкость на стол. — Ты притащила меня в этот город!

— Москва та ещё сука. — княжна успокаивающе коснулась руки кадета. — Расскажешь о проблемах? Вдруг я смогу как-то помочь…

— Уверен, что сможешь. Если расскажешь зачем всё это устроила.

— Я всего лишь хотела провести с тобой какое-то время!

Восклицание Елены прозвучало как выстрел ружья. Признания же имеют особенную убойную силу. Девушка не остановилась и эмоционально продолжила:

— В чём моя вина? Это ты у нас катализатор. Где бы ни оказался, начинается бурление, кипение, а то и взрывы. И обязательно льётся кровь!

Леонард слушал её очень внимательно. Только сейчас она как следует рассмотрела прорехи на его одежде и грязевые разводы на запястьях и лице.

— Потому что я — ронин. — устало сказал кадет и закрыл глаза. — Моя жизнь — сплошной хаос, призванный изменить сложившийся порядок вещей. И да, обязательно льётся кровь. Порой мне кажется, слишком часто. Но иногда, насмотревшись на заигравшихся аристо, возникает обратное ощущение. Поэтому я ещё раз задам тот же вопрос: зачем?

В столовой на мгновение повисла тишина. Княжна зябко повела плечами и вдруг ощутила себя одинокой. И нашла в этом нечто похожее на ответ.

— Мне нужен защитник. Мне нужен тот, кому я смогу довериться и выполнить долг перед кланом и отцом. Тот, кто не станет опираться на замшелые традиции и поддержит самое смелое моё начинание!

Леонард приоткрыл один глаз и с явной надеждой спросил:

— Надеюсь, не революцию?

— Дурак! — обиженно воскликнула Елена и всерьёз стукнула парня в плечо. Тот, в свою очередь болезненно застонал и заметно побледнел.

— Так что за начинание? — спросил он, чуточку отстранившись и разминая ноющие от перенапряжения мышцы, мучительно отозвавшиеся на удар.

— Империя огромна. Женщины составляют большую половину населения, но живут так, словно на дворе средневековье, а не…

Японец захохотал. Он смеялся искренне, громко и не сдерживая чувств, так, словно с этим смехом из него уходило всё напряжение затянувшегося дня. Елена закусила губу.