Евсеев — тот, к примеру, мне куда опаснее показался, чем его коллеги, сегодня дежурившие. Может, они просто слабее? Как вариант, кстати. Магов мало, и маги вырождаются, как мне наставник говорил. Вот и берут в ДБР тех, кто хоть что-то может сделать. Надо полагать, против обычных людей они круты, как Гималайский хребет, шайку наркоторговцев разогнать ими ничего не стоит. А с действительно серьезным противником — тут, видимо, такие, как мой двойник, потребны.

Вопросы, вопросы, вопросы. Когда же на них ответы будут? Некогда даже с дядей Ваней поговорить! Спросить, например, что за зеленые плети и почему мой распад и пульсар не пробивали миланца? Даже подумать про второго прибывшего итальянца времени нет!

Перед отъездом я дал знак своей команде садиться в «москвич» и ехать за княжеской машиной. Дядя Ваня порывался что-то сказать, но я взмахом руки сообщил — не сейчас! Уселся на заднее сиденье «Ладоги» и прикрыл глаза. Поярков сел рядом, а берсы заняли передние кресла.

— Ну? — поторопил меня дядька, едва джип мягко тронулся.

— Давайте у вас в кабинете, Николай Олегович, — попросил я.

— Ох эта мне твоя любовь к напусканию тумана! — не скрывая раздражения, буркнул князь и откинулся на спинку. — Ладно, бес с тобой, потерплю ужо. Сам-то как? Цел?

— Вполне. Но противник серьезный был.

До резиденции ехали в полном молчании. Иногда князь начинал шумно дышать, будто собираясь разразиться гневной речью, но потом вспоминал, что в машине кроме него и меня есть еще два берсерка, и, не желая терять лица, успокаивался. Я же оттачивал свое будущее перед ним выступление и рассеянно созерцал виды города, пролетающие за окном джипа.

Хороший город. Здесь можно жить. Чистый, яркий, компактный. Зелени много. Все славно устроено, кроме того что меня постоянно пытаются убить. Но и я, как выясняется, уже не бычок на заклание. Могу и сдачи дать. Еще бы разобраться во всем окончательно… Блин, кто же второй итальянец? Был он тут, нет? Как бы узнать?

Наконец мы остановились у парадного подъезда терема. Князь, пребывая в нетерпении, сразу же выскочил из машины и быстрым шагом направился к дверям. Я чуть задержался и попросил Мишико встретить Самойлова с дядей Ваней и передать им, чтобы топали в приемную. Грузин кивнул, но не произнес ни слова. Было видно, что ему было чертовски интересно, но он сдерживает вопросы, блюдя табель о рангах.

— Ну? — повторил князь, когда я затворил за собой дверь его кабинета. В этот раз вопрос вышел грозным — ожидание далось князю нелегко.

Я прошел за стол для совещаний, устало рухнул в кресло и начал плести историю в своем любимом жанре — смешивая правду и правдоподобный вымысел в правильных пропорциях.