Опустим тот факт, что итальянец хотел убить только Самойлова, а о моем участии в авантюре даже не догадывался. И еще то, что стреляли все-таки в меня, желая проверить, чье сознание обитает в теле обер-секретаря.

— Я предлагаю сейчас не делать резких движений. Михайло Генриховича не трогать, даже намеков не давать, и копать дальше. Чтобы уже точно удостовериться в том, что я прав в своих догадках. Потому что, если я ошибся, а это возможно, и мы начнем головы рубить, обратно их потом не приделаешь.

Сказал и понял: додавил. Последней фразой о сомнениях, о нежелании действовать сгоряча я князя убедил. По крайней мере, на данный момент.

— Ну как же так, Игорь? — до того беспомощно протянул Поярков, что мне стало его искренне жаль. — Мы же с ним вместе лет сорок уже! Нешто денег ему не хватало?

Я смущенно пожал плечами, показывая, что и сам бы хотел знать ответ на данный вопрос. И тут я не играл — я и правда смутился. Несколько иным фактом — я подумал о том, как ударила бы по князю настоящая правда. Про его племянника, человека одной с ним крови, выращенного из вопящего кусочка плоти в справного мужчину и воина. Который был его сыном до рождения сына своего. И который его предал. Пусть не я это сделал, но сейчас в этом мире только один Игорь Антошин. Я.

— Ладно. — Николай Олегович встряхнулся, как промокший пес, согнав с лица беспомощное это выражение, не подобающее властителю земли амурской. Поднялся. — Делай, что решил. Копай. Ищи доказательства. Пока их не будет, я отношусь к Михайле Генриховичу как к невиновному. Это непросто будет, но я справлюсь. А ты… Не тяни. Идеи какие есть? Что сейчас делать будешь?

— Мерчантэ этого искать. Отработаем певца этого и Топляка. Про первого Самойлов говорил, что у него со счетами непорядок. Как раз перед дракой этой хотел к нему съездить, прощупать.

— Дракой! — хохотнул князь невесело. — Ты сейчас рисуешься или не понимаешь, с кем столкнулся? Там же тленом фонит на километр!

Князь способен чувствовать проявления магии? Хотя о чем я вообще? Он носитель царского дара! Слава господу, ауры не видит, как мой наставник! А то бы кончились мои приключения, не начавшись, тем же утром, которым я сюда попал!

На его вопрос я лишь плечами дернул. Понимай, мол, как хочешь, но да, немного рисуюсь.

— Странно, что владетель этого аспекта итальянец, — рассуждая, продолжил Поярков. — Это же Восточной Европы школа. Небольшая, очень сильная и почти исчезнувшая ныне. Я уже много лет о смертецах не слыхал. Да и дар у твоего противника сильный. Не ниже твоего точно, если большего не сказать. Как такой одаренный до наемника мог опуститься? Ладно, пусть его! Это я сам с собой уже… Ступай, в общем, ищи доказательства. И от Михайлы Генриховича старайся подальше держаться. А я уж ему накидаю задач на пару дней — вздохнуть спокойно не сможет.