— Так что вы хотели знать? Если насчет альвийского шелка, так нечего тут обсуждать, я уже вам ответил. — устраиваясь на заднем сидении, пробурчал Йоэль.

— Ваш ответ мне не нравится, так что обсуждать есть что! — отрезал Митя, нажимая рычаги. Вороненый пустил струйку пара и поцокал вдоль по улице. — Но сейчас у меня иной вопрос. Вы, случаем, не знаете, кто… или что такое… — он нахмурился, припоминая точнее, как же Алешка сказал… — …Эхо …нет, не так…

— Эохо. — вмешался Ингвар. — Эохо Эхкенд, я точно помню! Алексей Лаппо-Данилевский именно так ту тварь назвал! Полагаете, это было что-то… альвийское?

— Что альвийское было, и причем тут… Лаппо-Данилевский? — в голосе Йоэля прозвучала отчетливая неприязнь.

Митя покосился через плечо на напряженно подавшегося вперед альва. Автоматоны цокали по просыпающейся улице. Слышался перезвон колокола — в церкви через пару улиц звонили к воскресной заутрене. Из дома впереди выскочила кутающаяся в плащ женщина и заспешила в ту сторону, из дома напротив чинно проследовало купеческое семейство: папенька, маменька и дальше, как утята, выстроившиеся цепочкой по росту одинаково кругленькие и принаряженные детишки. Из оставшегося позади переулка вывернула карета четверней — тоже, наверняка, туда спешили.

Митя подал автоматон в сторону, давая карете возможность проехать:

— В пещеру, где мы прятали драккар, явился Лаппо-Данилевский-младший, и провел там некий… обряд.

— Поросенка утопил. — пробурчал Ингвар.

— После чего из воды явилось некое… существо, которое он назвал потомком этого Эохо Эхкенд и наследным властителем стеклянного дворца…

— Башни. — поправил Ингвар.

— Может, и башни. — кивнул Митя. — Потом он вызвал из воды что-то… в бутылях…

— Скорее, в амфорах. — Ингвар все же любил точность. — Оно булькало, но навряд это было контрабандное бренди. Наверняка там что-то похуже!

— Вы уверены? — засомневался Йоэль.

— Да помилуйте, это же Лаппо-Данилевские! — фыркнул Митя.

Возражений не последовало, даже Ингвар задумчиво покивал.

— А еще когда мы всё это взорвали вместе с пещерой, повалил кровавый туман. — добавил тот. — От простой контрабанды такого не бывает.

— А вы его… взорвали? — пробормотал Йоэль.

— Полагаете, стоило оставить такое поблизости от города? Я же здесь живу! — возмутился Митя. — Да и была надежда, что и Алешка с господином потомком не выберутся… Увы, Алешка, как видите, уцелел.

— Значит, и потомок тоже. — вздохнул Ингвар.

— Поросенок, это, конечно, не кошерно… — задумчиво протянул Йоэль. — Мне неловко обманывать ваши ожидания, господа, но про Эохо Эхкенд я слышу впервые.