Я отхлебнул воды из фляги, качая головой и улыбаясь.

— Поспешим.

Домовой торопливо направился к телеге.

Я так сильно рассмеялся, что весь глоток воды вылетел наружу.

* * *

Через несколько часов мы вернулись в Усадьбу Рюриков. Лиза и ее братья ждали с лошадьми снаружи, пока я пробирался на кухню на запах жареных яиц и сала.

Я не чувствовал этого аромата месяцами, с тех пор как был на Земле. Там я встретил Юлия, Златославу и Стефанию.

— Так вот как вы тут питаетесь. Нужно и мне на своих землях такое же изобилие развести.

— Клянусь, — Златослава говорила с набитым ртом, — я только сегодня утром достала это сало из засолки, а яйца свежайшие. Хочешь попробовать?

Она протянула большую тарелку с глазуньей и жареным салом. Я с радостью принял ее и вгрызся в кусок, наслаждаясь восхитительным вкусом.

— Невероятно. Не против, если я угощу этим Лизу и ее братьев?

— Приглашай их! — Златослава лучилась радушием. — Еды у нас более чем достаточно.

Она поспешила к двери и поманила их внутрь.

— Ох, уж эти братья. Ну, может, на них у меня и не хватит, но посмотрим, как пойдет. Входите, входите.

Я поднялся по лестнице вместе с Юлием и Стефанией, закрыв за собой дверь на кухню.

— Как там наша гостья?

— Наверное, уже проснулась.

Юлий украдкой взглянул наверх.

— Она спит со вчерашнего полудня, после того как я обработал ее рану. Успокоительное действует не так уж долго. Во время операции я еще вот что нашел…

Он достал из кармана ожерелье и поднял его. Это была одна из самых интересных и дорогих вещиц, какие я когда-либо видел: алмаз размером с ягоду в центре, окруженный иссиня-черной овальной оправой.

— Красиво.

Юлий передал его мне, и я ощутил удивительную легкость украшения.

— «Красиво» даже близко не описывает этот предмет, — сказал он. — Я не рудокоп, но это два самых драгоценных металла в Полесье. Это алмаз в оправе из чернозвезда. Его, вероятно, можно продать за семь тысяч золотых подходящему покупателю.

— Семь тысяч? — я не смог скрыть своего удивления.— Ты уверен?

— Абсолютно. Помню, много лет назад видела одного заезжего князя с охраной на торговом посту, у него было что-то такое. Он разозлился на меня только за то, что я на него посмотрел.

— Так какого черта наша бродяжка-кошкодевочка, живущая на деревьях, носит его на шее?

— Стефания говорит, что она убегает от наемников. Возможно, украла.

Хм… Должно быть, так и есть.

— Ладно, сейчас разберёмся. Спасибо, что сделал это для меня, Юлий. Пойду задам ей пару вопросов.

Они вернулись на кухню, дверь открылась под довольные звуки утоляемого голода Богдана и Данилы, а затем снова закрылась, и я остался один.