— Королей, знаю. Голодная?

— Как портовая девка, которая несколько дней не брала в рот…

Я оборвал её, протянув свёрток с едой. Она выхватила его и поспешила к костру.

Забава и Лара присоединились к ним вместе с Богданом и Данилой, оставив за кругом света от костра только нас с Кузьмой. Мои девчонки и братья-акробаты быстро нашли общий язык с новичками, и это радовало.

Мерцающие угли бросали отсветы на наши лица, но их свет не достигал последней фигуры, оставшейся в тени.

Одинокий воин ссутулился у колеса повозки. Сидел на сухой земле со связанными за спиной запястьями, мрачнее тучи.

Я подошёл ближе.

— Что-то ты не выглядишь счастливым. Не то чтобы ожидал этого, конечно…

— А чему мне радоваться?

— Ты свободен. Это уже кое-что.

— Мой народ — вот моё счастье. А сейчас их гонят на север из-за ублюдка, что их продал. Боги знают, что с ними сделают… избитые, принуждённые сражаться за чужой народ.

— Вы ведь военная сила?

— Воинственность не в нашей природе. Такими мы стали со временем, годами отбиваясь от набегов. Но мы не смогли противостоять более крупному поселению. Они напали ночью. Мы занимали тихое место на холмах, но, видимо, недостаточно тихое. Моим долгом было защитить своих людей, но этого оказалось мало. Нас продали Гавриле за бесценок, просто чтобы избавиться. Им нужна была наша земля.

Он понурил голову, сломленный позором поражения. Таким его сделал мир, в котором он жил, а не собственный выбор.

Мы с Кузьмой переглянулись. Старый домовой чуть заметно кивнул. Похоже, наши мысли совпали.

— Твоих людей не гонят на север.

Он не сразу понял. Медленно поднял голову — в тёмных глазах мелькнуло недоверие.

— Что?

— Горцы их не трогают. Люди Гаврилы через два дня поведут их на перевалочный пункт в лесу, здесь недалеко.

Воин надолго замолчал, оценивающе глядя на меня.

— Так что ты предлагаешь, князь?

— То, что и думаешь. Устроим засаду, перебьём ублюдков и освободим твоих.

— А потом?

Я хмыкнул и уселся напротив.

— А потом… пойдёшь своей дорогой. Или присоединишься ко мне. Обустроишься на моих землях, с шахтой. Построишь казармы, дома…

— Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Меня часто обманывали.

— Или ты просто не встречал таких князей, как я. Поверь, я не люблю петь дифирамбы.

Воин едва не улыбнулся, но сдержался. Знакомый взгляд.

— Ты ведь глава поселения, верно?

Он метнул на меня тяжёлый взгляд.

— Я тоже служил и знаю, что такое подчиняться. Многие не любят дисциплину и приказы, но без них ничего не добиться. Особенно с такими воинами, как твои. Ты напоминаешь мне моих старых сержантов: с ними можно было и пошутить, но в конце дня они командовали обученными убийцами, которых нужно держать в узде.