По мере того, как мы зажигали все новые и новые факелы, их трепетное пламя выхватывало из каменной толщи все больше и больше сверкающих точек — вкраплений руды.

Мы все невольно обменялись понимающими улыбками. Даже обычно непроницаемые лица близнецов выразили живой интерес.

Похоже, мы наткнулись на настоящую золотую, ну или, как минимум, медно-железную жилу. И если тут действительно столько добра, сколько кажется, то можно будет неплохо подняться. Главное — правильно распорядиться.

С этого момента мы вооружились кирками.

Я занялся самой дальней стеной на северной стороне пещеры. Повернулся к первому же карману медной руды и начал наносить удары.

Проценты набегали быстро, как и заполненное место в моем инвентаре. Руды можно было складывать стопками, но их разновидности были разнообразны: медная, железная, даже бронзовая, изредка попадались участки серебра и золота.

Мы добывали руду без разбора. Любая руда, оказавшаяся поблизости, подлежала сбору, и шахта предлагала ее в изобилии. Поэтому работа кипела.

Я поднимался по стене, цепляясь за ненадежные уступы, пока не смог лезть дальше, добыл последний участок золотой руды, а затем присел на самой высокой точке и немного отдохнул. В целом уже собрал неплохой улов для разминки.

Я сделал большой глоток из фляги и посмотрел вниз с высоты десяти или одиннадцати метров на шахту. Вдалеке виднелись фигуры Лизы и ее братьев, усердно работающих. Ребята даже и не думали останавливаться.

Вытерев пот со лба, перевел взгляд на пройденный маршрут. Правее было еще несколько подкамер, их внутренности на несколько метров обнажались каждый раз, когда поблизости мерцал факел.

Нужно будет проверить и их. Кто знает, может там еще больше ценной руды. Однако, помимо этого было и еще кое-что, что сразу привлекло мое внимание и заставило насторожиться.

Что-то определенно неестественное для обычной заброшенной шахты.

Деревянные балки, подпирающие своды, и грубо отесанные каменные плиты, которыми иногда укрепляли стены, — все это было обычным делом в подобных местах. Ясень, тигролюд, которого мы спасли из рабства Лютобора, сам упоминал об этом, когда описывал шахты, где ему приходилось работать. Но то, что я увидел сейчас, было совершенно другим.

В одном из участков стены, в стороне от основного рудного пласта, который мы разрабатывали, виднелся ряд плотно подогнанных деревянных панелей. Они были аккуратно вмонтированы в камень, а поверх них шли еще несколько слоев досок, явно для дополнительного усиления. Это не было похоже на обычную крепь. Скорее, кто-то очень старался надежно запечатать этот проход.