— Прекурсоры, — сказал Финн. — Ключевые. В феодальной глуши их нет и быть не может. Ни купить, ни украсть — до ближайшего места, где они водятся, лететь и лететь.

— А где есть? — спросил Вик, уже зная ответ.

Кэндалл кивнул на дверь. Туда, где на гребне стыли чаши с мёртвыми резонаторами.

— В донорах. Больше нигде.

Кэндалл по-варварски выпотрошил радиатор с подбитой турели и согнул из его рёбер ловушку-конденсатор. Вышло кривое корыто, на которое было стыдно смотреть, но главную задачу оно выполняло. Дуговой резак возгонял мёртвый резонатор в дым, и нужная фракция оседала на холодных рёбрах серым инеем.

Первую плавку загубили: перегрели. Фракция ушла в общий шлак, и Кэндалл долго молча стоял над ловушкой. Потом счистил гарь, поправил корыто и взялся снова. Вторую делали на глазок, по цвету дуги. У Вика, державшего ловушку на весу, отваливались руки, копоть ела глаза и скрипела на зубах — через каждые 10 минут приходилось меняться с Саем.

— Чистота на нижней границе допуска, — подвёл итог Финн. — По всем правилам я обязан сказать «нет».

— А если плюнуть на правила?

— Заряжай!

Первой закладке полагалось полтора часа. Вик успел задремать сидя, привалившись к верстаку, и проснуться от собственного кивка. На исходе второго часа Финн остановил печать.

— Расхождение в матрице. Изделие в утиль.

— Финн!

— Вик, оно не будет работать. Совсем. Кристалл повело на середине роста — с нашей чистотой это было почти неизбежно. Сырья остаётся на одну закладку — на все три штуки, и ни грамма больше.

За окном мастерской уже занимался рассвет. Кэндалл выгреб брак из камеры и аккуратно положил в ящик — на злость сил уже не было. Во время второй закладки Вик стоял над репликатором, сунув руки под мышки, чтобы лишний раз ничего не трогать.

Крышка отошла, когда погасли последние звёзды. На ложементе лежали три матовых цилиндра — тёплые, гладкие, до неприличия новенькие среди закопчённого железа.

— Три, — Кэндалл взял один, повертел, положил. — Без запаса.

— Четвёртой чаше они всё равно ни к чему, — отозвался Финн. — Она заряда не берёт, там разбираться надо отдельно.

Теперь надо было успеть поставить из в мазеры.

* * *

Ставили тайно, в оранжевом предутреннем свете тяжело нависавшего над ними Уорриора. Вик нёс резонаторы сам и на осыпи шёл боком, приставным шагом. Кэндалл к чашам никого не подпустил: сам вкладывал, сажал в гнездо и обжимал контур.

Первая установка приняла деталь без капризов. Вторая тоже. Финн проводил холодную проверку: цепи целы, зазоры в норме, накопитель видит излучатель. Остальное выяснится только в бою.