— А! Мишка! — Входная дверь звякнула колокольчиком и в нее протиснулся широкий как шкаф охотник по имени Захар. — А где Акулович? — Такую кличку имел мой учитель за свою хватку в торговле своими зельями.

— На торг ушел. Опять в поход уходите?

— Да. Через два дня. Нам бы тех противоядий, что ты давал в прошлый раз. Очень они нас выручили. Неужто новый рецепт?

— Не. Наверное травки или железа гадюки сильные попались, — поспешил откреститься, отлично зная чьи шаловливые ручки участвовали в приготовлении того зелья. — Вам сколько? Десять? Тогда завтра приходи. Сегодня столько нет. Слушай! У вас же Матвей ногу сломал. Возьмите меня носильщиком! Я и травы знаю и готовить умею. Не прогадаете.

Захар изобразил мыслительный процесс, а я поспешил добавить:

— Родители будут не против. Меня уже Платошкина ватага обещала взять! Но только через месяц. Я не подведу! Вот увидишь.

Мое предложение нашло положительный отклик в Захаровой ватажке, о чем он и сообщил на следующий день, когда я принес заказанные им «улучшенные», хе-хе, зелья.

— Завтра будь здесь за двадцать тактов до открытия ворот, — обрадовал меня Захар. — Походные вещи бери по минимуму, из еды только соль и крупу. Заплечный мешок мы тебе дадим, — он оглядел меня сверху до низу. — И обувь крепкую найди. Все, дуй давай! Опоздаешь — ждать не будем.

В принципе к походу я давно был готов. В углу под кроватью лежала котомка с сухим пайком, кожаной флягой для воды и топориком на длинной ручке. Острый нож постоянно висел у меня на широком ремне. Добавил туда несколько зелий изготовленные мной в качестве практики у Шария и мешочки с крупой и горохом. Одежда у меня крепкая, ботинки с высокими голенищами имелись, как и куртка из плотной ткани с капюшоном на случай дождя. Я обработал ее соком родственника одуванчика из Пустоши, и она перестала пропускать влагу даже во время самого сильного дождя.

О своем походе сообщил только отцу. Тот давно махнул на меня рукой и перестал следить, где я пропадаю иногда целыми сутками. Пришлось таиться только от Лешки, но тот давно нашел себе компанию сверстников и перестал обижаться на меня, особенно когда я пару раз взял его с собой, чтобы прикоснуться к кладезю знаний у дяди Шария. С того времени братишку — как отшептало, и я выдохнул облегченно скинув со своих плеч практически постоянную заботу о младшем.

К постоялому двору, где обитала четверка охотников, я пришел раньше минут на пятнадцать. Захар, два крепких мужичка лет за тридцать и безусый молодец богатырского роста, являвшийся сыном вожака ватаги.