— Прямо так всех и съел⁈

— Не всех. Вот моя Аленушка ему не понравилась. Наверное, у нее кровь ядовитая, — я улыбнулся, показывая иронию моих слов. Все поняли правильно, а женушка сделала снисходительное лицо, мол — мели Емеля — твоя неделя!

— Скажите. А как вы вылечили мою дочь? Павел мне конечно рассказывал… Как вы поняли, что она заразилась живыми организмами?

— Ну-у… Я с помощью своего источника как бы просвечиваю тело и могу наблюдать лишние образования.

— О! Вы так хорошо знаете внутреннее строение человека! И откуда же? Позволите спросить… — Александра заинтересовала тема лечения, и до меня вдруг дошло — почему. Его вид явно выдавал присутствие в организме болезни, с которой он долго и безуспешно борется. Он в отличие от своего брата и дочери к моему удивлению не был одаренным и его организм, похоже, не мог самостоятельно справиться с внутренним недугом.

— Я два года практически жил у одного зельевара в городе охотников. Он меня многому научил. К тому же у него имелись некоторые книги по медицине. Вот я их и читал, от нечего делать. А память у меня весьма неплохая.

Час вопросов и ответов, к моему облегчению, закончился, и наступило время «ложек и вилок» за большим обеденным столом. Мы с Аленкой благодаря пресловутой памяти хорошо освоили пользование столовыми приборами на обеде у господина Тернова и теперь чувствовали себя свободно и с удовольствием вкушали, все что подавали бесшумные слуги.

Финалом приема стал домашний концерт, где Аленка решила взять реванш перед лицом «соперницы» и сорвала аплодисменты на «моих» романсах. Амелия тоже имела неплохой голос, но репертуар желал лучшего, а живость исполнения давал Аленке сто очков форы. Пока ее осадили поклонники, Павел Ильич увлек меня в другую комнату на приватный разговор.

— Может ты заметил, Михаил. Мой брат уже два года болен. Никакие эликсиры не помогает, а воздействие энергии жизни только ухудшает положение. Тебе ничего это не напоминает?

— Живой организм? Я читал об этом. Некоторые органы в теле иногда вдруг начинают расти, пока не нарушают работу соседних органов, а потом и свою. Если подавать к ним энергию жизни — процесс убыстряется. — Я в более понятной форме объяснил графу природу раковой опухоли.

— Может… Я немного теряюсь… Может ты посмотришь моего брата? Как тогда… Амелию.

— Посмотреть то я могу… А дальше? Там одними зельями вряд ли обойдемся.

— Ты пойми! Врачи ничего не могут сделать, магики тоже. Нам терять уже нечего. Если ты знаешь способ, прошу тебя — помоги!

— Я по уложению гильдии не имею право заниматься лечением.