Отдельная комната, готовая еда по расписанию и без, неспешная жизнь гарнизонного врача начала свой неторопливый бег. По собственной инициативе испросил разрешения у начальства и два раза в неделю отправлялся в деревню лечить всех и вся, чем заслужил большое уважение, бесплатные свежие продукты и недвусмысленные предложения местных красоток. Я пока крепился, но организм требовал свое и по утрам я почти был готов поддаться зову физиологии, но пока держалсялся, постоянно сравнивая «кандидаток» со своей Аленкой. В итоге делал вывод, что два уже неполных месяца — не такой уж большой срок и можно потерпеть.

— Господин лейб-медик! — Мое утреннее погружение в глубины мироздания прервала Глашка, одна из санитарок с неплохими формами и ревнивым мужем. — У нас раненный! Дозорные принесли!

В комнате-операционной лежал со стрелой в груди один из бойцов, выходивших с группой в дозор. А вокруг толпились мои «бойцы» и два сослуживца, доставившие раненного.

— Так! Что стоим⁈ Посторонние вон! Остальные по местам! Горячую воду и свет! — Я навел порядок и осмотрел молодого парня, пребывающего в бессознательном состоянии. Железо кольчуги, пробитое каленой стрелой мешало рассмотреть состояние внутренних органов, и я, не долго думая, разрезал ее вместе с поддоспешником своим «лазерным» скальпелем.

— Раздеть! — Выдал приказание, наблюдая внешние признаки состояния раненного воина. Дыхание прерывистое, пульс учащенный, повышенное потоотделение, цвет лица — в норме. Если уж не умер по дороге — значит, будет жить. Я был уверен в своих силах, пришив совсем недавно почти совсем отрубленную топором ногу одному безрукому крестьянину. Стрела прошила под углом брюшину и разбив нижнее ребро на спине почти вышла кончиком со спины выпятив бугром кожу. Кровь была, но в меру. Главная проблема была в дренаже брюшной полости, а в остальном ничего сложного. Влил в бессознательного воина с помощью трубки усыпляющее зелье и через десять минут приступил к операции. Разрезал на спине вздувшуюся кожу, освободив наконечник, отрезал часть стрелы с оперением и протолкнул стрелу вперед, вытаскивая скользкое орудие убийства. Вгляделся своим фирменным взглядом и прижег кровоточащие вены с помощью просунутого внутрь раны пальца, без проблем удлиняя луч «лазера». Теперь обработка «антисептиком», регенерирующим бальзамом, а дальше сшиваю дырки и заливаю все энергией жизни. С дренажем решил самым кардинальным образом. Обеззаразил один из катетеров и, аккуратно проделав дырочку в нужном месте на животе, вставил ее на нужную глубину. Примотал гибкую трубку бинтом к корпусу, а другой конец опустил в бутылочку из местной тыквы. Не очень эстетично, но — сойдет!