Свитари тоже пыталась вразумить сестру, но особых успехов не достигла. В конце концов она заявила, что даёт три дня, чтобы в одиночестве топить горе в бутылке, а потом примет меры.

Шёл второй день.

Свесив руку с кресла, Эйнджела нащупала гриф завеля и потянула вверх. Инструмент она купила уже на Идиллии, и теперь его тоскливое звучание резонировало с её настроением. Перебирая струны, девушка подумала, что хочет, чтобы её похоронили в плодородной земле и посадили на могилу дерево зинда. А когда то вырастет — мастер создаст из него завель. Может, тогда она сумеет рассказать всё то, что сейчас тяготит душу?

Мысли самым грубым образом прервал звонок в дверь. Кто-то очень настойчивый терзал сенсор интеркома, явно не понимая молчаливого намёка идти нахрен. Наконец, звонок замолчал. Но когда Эйнджела уже решила, что её оставили в покое, замок пискнул — и дверь распахнулась, впуская полковника Хоара. Эмпат успела заметить консьержа, удаляющегося по коридору.

Понятно. Военный воспользовался служебными полномочиями, наплевав на желания самой Эйнджелы.

Как и все остальные.

— Я в отпуске! — безо всякого дружелюбия заявила хозяйка номера.

— Заметил, — игнорируя её настроение, ответил полковник.

Оглядев ряд пустых бутылок, Хоар поинтересовался:

— Решила посмотреть, какого цвета черти на Идиллии?

— А вы вдруг решили подружиться? — в тон ему спросила девушка.

Она хорошо чувствовала раздражение полковника, но сейчас ей это было абсолютно безразлично.

Презрение, с которым посмотрел мужчина, разом напомнило Эйнджеле её место в глазах большинства людей. Хоар не исключение — для него и она, и её сестра были всего лишь шлюхами. Полезными, но всё же шлюхами. Говорящий инструмент в арсенале. Как репликанты.

— В мыслях не было, — полковник без приглашения уселся в свободное кресло. — Просто пришёл посмотреть, в каком ты состоянии.

— Посмотрели? — недружелюбно поинтересовалась Эйнджела и с вызовом подняла на Хоара испещренное рубцами лицо. — Нравлюсь?

— Нет, — ухмыльнулся тот. — И не должна. Интересно только, какого чёрта ты всю эту резьбу по дереву не сведёшь?

— Мне так больше нравится, — лицо Эйнджелы неестественно искривилось в ухмылке.

Длинный шрам на щеке исказил мимику девушки.

— Решила примерить образ Гуинплена? — полковник взял бутылку и посмотрел на этикетку.

Очевидно, выбор Эйнджелы ему не понравился, Хоар брезгливо скривил губы.

— Сходила бы в туристический район, — посоветовал он. — Подцепила кого из штамповок, раз уж у тебя тоска такая. Заведи новую зверюшку, они один чёрт все одинаковые. Может, тогда полегчает?