— Блага вам, сударь. Что привело вас на порог Опричного Приказа? — полюбопытствовал дядька.

— Блага, Стригор Стрижич, вот это, — ответствовал я, демонстрируя пластинку.

— Без срока, господин Стрижич? — удивлённо поднял брови дядька, полюбовался моим пожатием плечами и ехидно поднятой бровью. — Понятно, обождите мгновение, — выдал он, начав копошиться под стойкой.

И копошение вызвало довольно ощутимые колебания эфира, заинтересовавшие меня, я аж эфиром начал дышать и… тут же перестал, блин. Управитель то ли дворца, то ли конкретного крыла на мои эфирные копошения отреагировал выращиванием небольших шипов из пола, ориентированных на мою персону. В пол же и втянувшихся, когда я эфиром фонить, от греха, перестал.

Блин, параноики какие, посетовал я, сам же посмеявшись про себя — спецслужба, блин. Конечно, параноики, а вот этот лютый Управитель — а он реально лютый, какое-то чудовищное количество эфира, судя по насыщенности щупалец-шипов — как раз и объясняет отсутствие орд охранников в приёмной.

— Господин Стрижич, госпожа Глава примет вас в скорейшем времени. Извольте обождать провожатого, — выдал дядька, очевидно, по результатам эфирных копошений.

Заметил ли он реакцию Управителя — хрен знает, вида не показал. Так что я кивнул и стал рассматривать коралловые узоры на стенах — явно «подправленные» управителем, потому как изображали они какую-то батальщину и мифологичщину, в трёх красках, белом, алом и розовом.

Интересно, задумался я, а красный спектр для глаз беловодцев так же утомителен, как у людей? Хотя вряд ли, сам себе ответил я — спектр расширен, скорее утомителен инфракрасный, почему на горячее долго не посмотришь.

Но долго предаваться рассуждениям мне не дали — по жёлобу скатилась миниатюрная девчонка, мне показалось — ребёнок, но потом понял, просто миниатюрная. Хотя и молодая, не больше двадцати лет. И чертовски развит эфирный орган Дыйешны, как отметил я. Ну не могла никем, кроме этих электровеников, девица быть, как вокруг неё статика разрядов не играла — один эфир ведает.

— Стригор Стрижич? — требовательно и очень серьёзно уставилась на меня девчонка.

— Он самый, уважаемая… — ответил я, подумав, что очень бы ей пошли очки — ну вот прямо напрашиваются.

— Следуйте за мной, — не стала представляться девчонка и засайгачила по ступенькам.

А я засайгачил за ней — при всех прочих равных, притом, что никаких особых мыслей девчонка не вызывала, но видок сзади спешащей по ступенькам Дыйешны вполне окупал спешку.

Лепо, оценил я, но собрался — я не в танцевальном театре каком, девицами любуюсь. А эта девчонка, например, того же Стригора в бараний рог разрядом движением пальца бы завязала.