— Получше тебя, — отозвался Джамал. — Скажу, что трупов набрал.

— На север, где бои идут, везут ещё трупы? — с сомнением спросил я. — Там своих хватает.

— Да мы так шутим. Разные варианты есть.

Но у меня возникла идея.

— Игниум, — сказал я, глядя на ящики и бочки в кузове. — Активный игниум для взрывчатки и три бочки игниумной пасты. И скажи, что по этим дорогам его так разболтало, что может рвануть. Они пропустят, лишь бы мы уехали.

— Во! — оживился Ермолин. — Солдаты всегда боятся взрывчатки!

— Хорошая мысль, — измученный майор Чан открыл глаза.

— А ещё они наверняка везут игниум отовсюду, чтобы взрывать мосты, — продолжил я. — Так что не удивятся.

Конечно, это не спасёт от всех проверок. Но хотя бы обычных солдат, не особо разбирающихся во взрывчатке, может отвадить.

Мы ехали дальше. Нас постоянно подбрасывало на ухабах, раненые ругались сквозь зубы. Ящики в кузове то и дело пытались рухнуть на нас, одна бочка у самого выхода, металлическая, с откидной крышкой, пару раз грохнулась, а крышка слетала. Она пустая, от неё пахло ржавчиной.

— Выберемся, Крабёныш, — Пашка Шутник дал воды раненому.

Гвоздь молчал, только перебирал жетоны павших бойцов, которые он взял с собой. Я забрал их у него, раз уж жив. Это моя задача, чтобы они не потерялись и семьям погибших потом помогли.

— Господин капитан, — окликнул меня Музыкант и что-то протянул.

В газетном свёртке с прошлогодними новостями о празднованиях в честь восшествия на престол нового императора были сухари. Они слишком твёрдые и безвкусные, но есть хотелось сильно.

Отломил кусок и забросил в рот. А неплохо на голодный желудок. Оказывается, сильно хотел есть. Музыкант разделил остальное с другими.

— А дома сейчас холодно, — сказал Шутник задумавшемуся Музыканту. — Там сейчас Ночь. Полгода сплошная темень. Ходишь по двору с фонариком, дрова собираешь, печку топишь. Зато тепло потом, сидишь рядом с печкой, — он мечтательно вздохнул.

— Какая тебе печка? — усмехнулся Ермолин, услышав его. — Самогонки бахнуть и с бабой под одеяло, вот и согреешься. Женат уже?

— А мне и без этого перепадает, — едко сказал Пашка и хитро улыбнулся.

— У, ты жук какой дерзкий, — беззлобно и со смехом сказал разведчик. — Командир, — он посмотрел на меня. — А ты из каких краёв? С севера? А то никогда тебя не видел.

— А я вообще на севере, в Огрании, никогда не был, — произнёс я, глядя на трофейную карту. — Всё хочу съездить и посмотреть, там же мои предки жили.

— Как это не был? — усмехнулся Ермолин. — Ты же Климов! Я про твоих предков книжку читал в детстве. И фильм смотрел. Вы же за Огранию сотни лет воюете, ещё со времён императора Павла Громова или даже раньше.