— Климов, да не тот Климов, — сказал я. — Я родился за морем, в Дискреме, и жил в детском приюте, и там же учился. Только несколько лет назад узнал, кто мои предки, и год назад переехал, когда позвали.

— А, вот ты кто! Я понял, из каких ты Климовых.

Он посмотрел на меня с подозрением, но оно быстро ушло. Да и солдаты знали про это, и давно махнули рукой. Ведь увидели, чего я стою в бою.

— Я закончил офицерское училище в Дискреме, — начал рассказывать я. — Туда сейчас стали часто набирать сирот, потому что не хватает людей. Все эти старые богатые семьи больше не хотят служить в армии, вот и берут всех по лимиту. Каждый должен привезти троих, если не хочет служить сам.

— Даже так, — удивился разведчик. — Мельчают.

— А когда переехал сюда, то в десанте решили, что я им подхожу, я же десантник по военной специальности. Конечно, в Дискреме не хотели отпускать, но я им присягу не приносил.

— Ещё бы они не хотели отпускать, — Ермолин хмыкнул. — Тем более, на службу потенциальному сопернику… Но ты правильно сделал, что вернулся. Тут же твои предки жили.

Он посмотрел в дыру в брезенте, потом подобрал газетку, которую выронил Музыкант, и развернул.

— Ну что, хорошо празднуем День основания империи? — хмыкнул Ермолин, поглядев статью. — Год назад о таком и не думали.

— Обещали же к этому дню взять город, — подал голос майор Чан, открывая глаза.

— Обещали, да не вышло, — отозвался Ермолин. — И даже гвардия увязла, которую император ввёл. Забыли, видно, сказать ему, что его гвардию сейчас учат красиво на парадах маршировать, а не воевать. Да тут всё развалилось при его отце, а сейчас так вообще…

— Ты бы помалкивал лишний раз, — пробурчал бинхаец, косясь на рядовых бойцов. — Много болтать стал.

— Жалко тебе, что ли? Вот когда императором был его Константин… вот тогда мы были силой.

— Заткнись, старый дурак.

Но тон был беззлобный, это всё же слаженная группа с большим опытом, и разговаривали совсем не так, как принято по уставу. Разведкорпус как раз работал такими небольшими отрядами, все были офицерами и не командовали рядовыми. Вот отсюда такая манера общения.

— Зато вы нормальные ребята, — Ермолин долго молчать не смог. — Молодцы. Есть за что уважать, и капитана, и пацанов. Настоящие северяне. Ничего, ещё научимся воевать. А когда научимся — хана им всем.

Вообще, это правда, что сюда в основном прислали новобранцев. По бумагам гвардейские части и спецвойска считаются сильнейшими соединениями империи, а по факту это молодые ребята-срочники без подходящей выучки.

Грузовик снова остановился.