— От хорошей, — рассмеялся Никита. — Иначе откуда бы денег на все это взял?
Русичи заржали, а я пожал плечами и приналег на второе блюдо — постную пшенку.
— Денег казенных тебе пожаловать, Гелий Далматович? — радушно предложил Иван Васильевич.
— Спасибо за щедрость твою, Государь, но не о сем толк веду — деньги-то есть, а людишек — мало! Спокойствие Руси Святой нужно. Давно нужно было, еще до похода на Киев. И не пять лет, а двадцать — чтобы людишки новые народились, выучились, да работать начали.
Работать по-новому, будучи «обтесанными» единым системным образованием, с идеологическим зарядом и горящими от жажды знаний и прогресса глазами.
— Да будет тебе покой, Гелий, — раздраженно всплеснул руками Государь. — Все, кончились покуда враги, а пока Европа с силами собирается, Русь окрепнет и сплотится!
— Уповаю на сие, Государь, — честно ответил я.
Неспокойно в Европе до сих пор, последствия чумы и войн будут многие годы разгребать, а там и до нового Крестового похода недалеко. Не к нам пойдут, а на Царьград, который ныне хрен пойми кем контролируется — государственность Оттоманская рухнула так, что уже и не соберешь. Дай Бог, чтобы Русь подольше стороной обходили.
— Послы Фердинандовы прибыли, — заметил Висковатый. — Вопрос границ обсудить, да мир между Империей да Русью Святой заключить. Вечный.
— То есть лет на десять, — хмыкнул я.
Знаем мы эти «вечные миры».
— А хоть бы и на пять, — фыркнул Государь. — Золотая у тебя голова, Гелий, да не всё видишь. Хотел бы я лишь побед одних да земель новых, далее бы сейчас шли, до самой Вены.
— И дошли бы! — воинственно заявил Никита.
Говорю же — жадины.
Глава 14
Графу Леопольду фон Айзенвальду было под полтинник. Родословная у посланника Священной Римской Империи такая, что хоть самого на трон сажай. Сухое, сдержанное лицо тяготеет к «покерфейсу», оценивающий взгляд неоднократно пробежался по всем нам, задержавшись на мне и на Государе, и только по легким движениям аккуратных усов можно было понять, насколько непривычно для него видеть тех, кого все знают, но почти никто не имел дел лично. По-русски говорит неплохо, но общаться будем на латыни.
Посланник прибыл с соответствующим статусу и задаче контингентом в полтысячи латников. Заодно и силу таким образом Фердинанд демонстрирует — мол, вся армия у него такая. Знаем, видели — в «коренных» землях и против европейских «партнеров» воюют лучшие, и вполне успешно, а те, прости-Господи, оборванцы, что у деградировавших осман Белград полгода выцарапывали, совсем против Руси не тянут.
Гости выехали от Фердинанда еще до генерального сражения и взятия нами Кракова — ни у кого здравомыслящего сомнений в нашей победе не было. С наемниками моими разминулись, от «одичавших», вышедших на дорогу с кистенем местных и остатков польской силовой инфраструктуры защитили свои воины — нормально добрались, словом. Хлебом-солью и банькой их встречали люди Висковатова, поэтому посланник с помощниками сыты и расслаблены. Номинально — рожа-то у Леопольда каменная.