Римма Марковна охнула и от избытка чувств пролила заварку на стол.

— Ещё раз нырнул, руками щупаю — он мимоходом скользнул взглядом по моей груди и продолжил, — а и нету ничего!

Мои уши заалели.

— Пётр Иванович, ещё чаю? — засуетилась Римма Марковна, когда Будяк поставил чашку на стол. — И бараночку вот берите. Они свеженькие. А, может, я всё-таки блинчиков вам пожарю, а? Я быстренько…

— Не надо блинчиков! — хором ответили все мы.

— А потом я сообразил, что течение там сильное и её течением вниз отнесло, — продолжил Будяк, принимая от Риммы Марковны очередную чашку чая. — Я поплыл туда и точно — наша великая и отважная героиня зацепилась ночнушкой за корягу и не могла выбраться.

Светка сердито засопела.

— Так что нам всем ещё очень повезло, что там нет нисходящих потоков воды и её не утянуло в омут, — подытожил Будяк и Римма Марковна опять охнула.

— Спасибо вам, Пётр Иванович, — в очередной раз поблагодарила его я и решила аккуратненько закруглить застолье. — Поздно уже, а мы тут вас задерживаем своими проблемами.

— Ничего страшного. Я на отдыхе, — категорически отмёл мою попытку выпроводить его Будяк, — а вот со Светланой мы ещё не закончили. Да, Валеева?

Светка надулась и понурила голову.

— Да она же маленькая ещё, — попыталась оправдать её Римма Марковна, — сама перепугалась как.

— То есть ночные купания голышом с мужиками — не маленькая, а ремня — маленькая? — удивился Будяк. — Что скажешь, Валеева?

— Я не голышом, я в ночнушке была, — отмела грязные инсинуации Светка.

— То есть нынче барышням можно сверкать в неглиже перед мужиками?

— Я не сверкала! — надулась Светка.

— Как это ты не сверкала? — прищурился Будяк и даже чашку отодвинул, — а как тогда прикажешь понимать твою эту выходку? Хотела показать парням, какая ты бесстрашная и героическая?

Светка понурилась.

— Все примерные девочки там купаться боятся, а я, мол, вот такая вся раскрасавица — легко могу? Я им всем ещё покажу! Да?

Светкина голова наклонилась ниже.

— Ну и что? Показала им всем? — насмешливо прищурился Будяк, а из Светкиных глаз полились слёзы.

— Молчишь? А за свои безрассудные действия отвечать кто будет?

— Я буду, — шмыгнула носом Светка.

— Хорошо, — согласился Будяк. — Отвечай.

— Что отвечать? — плаксивым голосом спросила Светка.

— Как ты это всё спланировала? С какой целью?

— Пашка сказал, что в нашем пруду на той стороне все боятся купаться, даже взрослые, — торопливо затараторила Светка, — а я сказала, что не боюсь. Мы заспорили…

— На что хоть спорили? — перебил Светкины откровения Будяк.

— На пять календариков с «Ну, погоди!» и два с «Мишкой Олимпийским», — вздохнула Светка.