– Ага, я знаю! Хватка у нас завистник, – сообщила Кассанда, прижимаясь к Гове. Он был тёплый как печь, и не мудрено, Золотое солнце за пещерными сводами палило не на шутку.
– Какой я такой завистник?! – возмущённо, сквозь зубы, пробурчал Хватка – теперь в регулировке механизма ему не хватало не только четырёх рук – он держал зубами какой-то цветастый проводок.
– Вот такой завистник! – хохотнула Кассандра. С такими большими многорукими друзьями ей уже было совершенно ничего не страшно.
– Так вот, Дубровина, слушай сюда, – продолжил Гова. – Скульптора бояться не надо. Он – этот Скульптор – ужасный соня. Он, как ваши русские млекопитающие четырёхногие медведи зимой – почти всё время спит. Уж не знаем мы почему, но правда это истинная. Если не забудем, когда будем во дворце, я тебя подведу к его лежбищу. Увидишь… то есть, услышишь, как он здорово храпит.
– Прям храпит? – удивилась Кассандра.
– А то как ещё назвать? – хохотнул четверорук Гова. – Толи он устаёт при своём этом копировании, толи просто любит поспать. Привык в дальних полётах. Это ж его Король завсегда отправляет на разведку и за трофеями, а лететь-то далеко. Ракета… ну, чайник его летающий штука не слишком-то большая, сильно там не развернёшься – вы ж летали, правильно? – вот он и наловчился там давить на массу. (Так у вас в школе выражаются, да?) А может, он устаёт со своим миллионом пальцев. Ведь представь только сосчитать их, а ещё и разминать надо, зарядочку делать по утрам.
– Правда миллион, что ли? – подняла голову на четверорука ученица 6-го «Б».
– Может даже и больше, кто ж считал? И даже вообще сможет сосчитать? – пожал всеми плечами Гова.
В общем, Кассандра окончательно решилась участвовать в набеге.
35. Малорукость и малопалечность
А ведь Мастер на Все Четыре Руки Хватка и в самом деле завидовал. Сам ведь когда-то признавался:
– Вот удивляюсь я, Кася, как вы людеобразные планетяне обходитесь всего-то двумя руками? Ущербно как-то. Прямо покалеченная какая-то раса. Мне вот моих четырёх порой не хватает, столько всего успеть доделать хочется, а у вас вообще две. Да и пальцев немного, если честно. Я вот, клянусь продлением жизни в Засферье, жутко завидую Скульптору королевскому, планетянка Кася. Вот у кого пальцы, так пальцы! И столько их, родимых! Миллион, наверное.
– И ладно там обычные большие. Такие и у меня есть, – вытягивал перед собой вначале открытую красную шестипалую ладонь, а затем, для контрастности, вторую озеленевшую и тоже шестипалую, товарищ Хватка. – Таким добром не удивишь. Больше всего я завидую его самым маленьким мизинчикам. Чудо-прелесть просто! Представляете, он может лепить даже нейронную сеть живого существа. То есть, попросту, мозги. Представляете, мозги!