– Ты не поверишь, планетянка Кассия. Он – мой друг «Восемнадцатый» – он ведь был очень умный. И тогда он начал разрезать себя сваркой на маленькие части. Сам себя, понимаешь?! Причём, он не только превращал себя в рой осколков, чьё падение совершенно легко выдержать Сфере Мира, а нам, его друзьям, при-легко заделать, замазать маленькие кратеры. Он – мой друг «Восемнадцатый» – он ещё и отбрасывал их подальше – эти куски себя! То есть, выводил их на совсем другие орбиты. Спросишь, для чего?! Для того, чтобы они не падали вместе с ним в одно и тоже место. Вот для чего! Он всё предусмотрел, мой друг «Восемнадцатый»! Конечно, за счёт сварки он чуть грелся, и этим продлевал свою непростую жизнь! Или свои мучения! О, как мне тяжело, Кассия, это всё рассказывать! Как тяжело!
– И вот, он резал и резал, резал и резал! И когда у него совсем кончался в наплечной горелке кислород, он сделал самое последнее, что было надо! Он, представляешь, девочка Кассия?! Он отчекрыжил себе самому голову, чтобы уменьшить общую массу! Возможно, где-то в Большом Космосе до сих пор летает его омертвевшая голова. Возможно! Ой, ой! Как мне тяжело о том вспоминать! А может, что не лучше, его голова где-то и как-то упала на нашу Сферу и испарилась при образовании ударного кратера?! Ведь может быть, может?! Вот и я говорю, что может!
– И вдруг я сам, девочка Кассия, я сам, когда-то тысячу лет после того случая, шлифовал на той стороне кратер, проделанный его милой головой. Головой моего друга «Восемнадцатого»! Ой, как тяжко!
Большой Почётный так расстроился, что более не смог продолжать свой рассказ и взревев гусеничными моторами покатил проветриться по округе. Кассандра и Хватка благоразумно возвратились в родную пещеру. Всё-таки там было куда легче переносить непреднамеренно поднятую Большим ржавую бурю.
53. Старейшина племени
Что главное в военных вопросах? И в работе «военного совета», понятное дело? Никогда и ни при каких обстоятельствах не отступать! Думать исключительно о победе! И вот потому, «военный совет», в единичном лице Кассандры Дубровиной, и работал не покладая рук, то есть, для начала, мозгов. В единичном исполнении, но с двумя полушариями.
– А что если… – сказала однажды ученица 6-го «Б». – Что если с этим вашим-нашим Королём попросту поговорить?
– О чём же, интересно? – поинтересовался четверорук Гова. Он как раз был очень занят. Высунув язык от усердия, он всеми четырьмя руками пытался изображать на стене некоторые буквы русского алфавита. Учителем, понятное дело, выступала Кассандра Дубровина. Буквы, в данном случае как раз несуществующую большую букву «Ы» он выводил чернилами, созданными на основе металлического порошка. Уж чего-чего, а всяческих металлов было на Сфере Мира не счесть.