– Мы с помощью лекарств введём Тимура в глубокий-глубокий сон. Правда, на несколько дней, ты уж не удивляйся.
– А как же… – перебила Кассандра и не закончила.
– Кормить будем через уколы. У нас любые витамины есть в жидком, усваиваемом виде – натаскали как-то с королевской аптеки. Так, что Тима даже не похудеет. Его мозг станет чем-то наподобие увеличительной лупы. Но не увеличивать в прямом смысле, а фокусировать. С помощью погруженного в глубокий сон живого человеческого мозга мы сможем сфокусировать разнесённое по разным частям саркофага сознание предка Короля. Это, что касается использования Тимура. Дальше нам потребуется любой носитель. Мы попробуем разные способы. Может, придётся задействовать какой-то сверхмощный компьютер – соберём из нескольких краденых. Не исключено, что возьмём какого-нибудь робота. Да, хоть твоего Бобрика, Кася. Если не жалко, конечно. Правда, есть ещё несколько других способов, но сейчас даже нет смысла перечислять. Нам бы покуда получить цельную личность пра-пра-пракороля, хотя бы в виртуальном плане.
– В смысле, типа духа, – дополнил четверорук Гова.
– Духа?! – удивилась ученица 6-го «Б». – Ух ты! Самого настоящего?! И такие бывают?
– Скоро сама убедишься, – улыбнулся во весь двухрядный зубастый рот товарищ Хватка.
– Обалдеть! – прокомментировала Кассандра Дубровина.
65. Пра-пра-предок
Поначалу дух был так себе – душок. Даже плоский. Обеспокоенный Хватка часа три возился с саркофагом, что-то подкручивая. Типа настраивая изображение, как в телевизоре. Хотя четверорук убеждал, что дух вовсе не изображение, не голограмма и не что-то подобное – настоящий, позаправдашний дух. Звали духа, судя по дешифрованным письменам, не больше не меньше, а Кецакотль, пре-пре-пре-предыдущий повелитель Чёрной Звезды, Сферы Мира, центральной Золотой звезды и даже Другой Стороны. Общаться с таким фруктом требовалось, наверное, уважительно.
Наконец, дух приобрёл некие черты трёхмерной. Пожалуй, даже чрезмерной – Его Величество Кецакотль явно при жизни был мужчиной солидной дородности и веса. Довольно долгое время – как оказалось полсуток кряду – технический гений четверорукого племени не мог наградить пришлого монарха даже тонюсеньким голоском. А ведь обретший округлость формы пра-пра-король явно что-то говорил. Причём, судя по жестикуляции нечто довольно эмоциональное и вероятно грозное. Пока получалась только пантомима. Даже София явилась посмотреть, и пучила на Его Величество глаза полчаса кряду, пока не изобрела новую игру, от которой грозный монарх прошлого бледнел и даже трясся.