София же, разогнавшись на подаренных Хваткой магнитных роликах, ныне возвращённых под честное слово, не кататься далеко и без спроса, проскакивала сквозь дух короля насквозь. Кецакотль же пытался увернуться, и с недостойной Его Всевеличества растерянностью, осматривал, после проезда Софии, нанесённые его телу повреждения. Не обнаружив таковые, явно очень удивлялся, и неслышно грозил из своего возрождённого прошлого какими-то запредельными карами. Кассандра каталась со смеху, наблюдая эти почти клоунские пантомимы.
А четверорук Хватка всё возился со своими, приставленными к саркофагу приборами, всё вертел какие-то верньеры – подстраивал частоты с амплитудами, жаловался, что язык со времён праотцов Чёрного Короля несколько изменился, и надо ещё поработать над звуком.
Потом, совершенно вдруг, у Хватки что-то наконец получилось. Полуоживлённый методами передовой науки пра-пра-прадед императора неожиданно рявкнул на всю пещеру так, что железные стены срезонировали, зазвенев подобно колоколу. Четверорук Хватка скривился и подкрутил что-то в приставном усилителе звука. Голос Кецакотля тут же спикировал до комариного «жу-жу-жу», да так, что Кассандра, даже подойдя вплотную к Его Всевеличеству и почти припав ухом к бесплотным губам, не смогла разобрать абсолютно ничего. Зато в помещении запахло канифолью. Это Хватка разогрел свой паяльник и, свинтив боковую крышку саркофага, потыкал туда оловом. И тогда голос у пра-пра-пракороля наконец-то обрёл нужные октавы.
– Вы, злобные пришельцы! Зачем и по какому праву изволили потревожить мой добрый и вечный сон в моём любимом саркофаге? – налившись краской, выпалил Кецакотль. – И кстати, я тут смотрю, и не нахожу впаянных в верхнюю панельку саркофага сапфиров с рубинами! Как вы посмели выковырять мои семейные драгоценности? Я требую, немедленно возвратить все уворованное обратно! Я требую…
– Ваше глубокоуважаемое Всевеличество, – миролюбиво обратилась Кассандра, – поверьте, мы в глаза не видели никаких рубинов с изумрудами. Уж я бы заметила. Согласитесь, Ваше Всевеличие, какая девочка пройдёт спокойно мимо бесхозных драгоценных камней?
– Что значит «бесхозных»? – не успокаивался предок нынешнего короля. – Они не бесхозные! Это фамильные ценности. Со временем их себестоимость должна только расти и приумножаться! Я немедленно…
– Чего вы там нервничаете, Ваше Всевеличество, – встрял в разговор все ещё держащий дымящийся паяльник Хватка. – Вы давным-давно в могилке. Мало ли что случилось за долгие годы блуждания среди звёзд? Может, финансовый кризис какой? Девальвация? Потеря ликвидности? Долговые иски? Судебные издержки? Мало ли?