– Ага, слушаем, слушаем.
– На самом севере Сферы… На самом-самом, там, вроде бы, гравитация почти нулевая. Ну, в смысле, потому что тут, на нашей широте Сфера Мира вращается, а там – чем дальше к северу – тем медленнее. И вот, на самом верху – в двухстах тридцати шести миллионах километров от экватора Сферы – там веса почти нет. Вот именно там деревья начинают расти. Начинают значит, потом легко выкапываются, и на своих маленьких ножках… А их у них тысячи прямо-таки… предпринимают поход к югу. Распространяют, так сказать, свой ареал обитания, если по-научному. То есть, расширяют зону своей древесной жизни. Вроде бы, у них там – наверху, на севере – с водой плоховато. Вот они и идут к югу, ищут, где попривольнее будет расти. Вот идёт такое дерево, идёт на своих тысяче ножек, потом находит пустое место, вдали от других сородичей-деревьев, и вот там решает поселиться.
– Вообще, рассказывают, что пока сила притяжения невелика, ходячим деревьям ходится-топается вполне так легко. Но вот, чем дальше они уходят на юг, тем им становится тяжелее. В смысле, они сами становятся много тяжелее. К тому же, говорят – те из жителей Сферы, кто добирался далеко к северу – что деревья ходят медленно, с остановками. На остановках они зарываются, питаются от почвы, пьют, долго отдыхают – порой целые месяцы. А потом бредут дальше. Но ведь за это время они, сами того не ведая, подрастают. То есть, представьте, девочки, выходит со своего места рождение дерево зелёным росточком, но с годами оно подрастает, тяжелеет, и вот по миру уже бредёт вполне так взрослое, многолетнее дерево. Ему конечно становится тяжелее, да и молодцеватый задор проходит – хочется покоя. Пора уж остепеняться – дать своим корням и мозолям успокоиться и отдохнуть.
– Короче, рано или поздно, любое дерево перестаёт колесить по свету и обретает осёдлость. Перестаёт бегать, точно, как у вас на Земле.
– Никогда б не подумала, – покачала головой Кассандра. – Надо же! Если нашей природоведческой училке – Арите Краковне – расскажу… Двойку влепит, как пить дать. Россказни, скажет, какие-то глупые.
– Ещё говорят, что за эти тысячи лет деревья расселились уже довольно далеко от северного полюса. То есть, их ростинушки привыкают уходить в поисках незаселённого места всё дальше и дальше. Так гляди, ещё через сто тысяч лет, и сюда доберутся – будут тут вокруг нас сплошные ходячие леса.
– Ух ты! – округлила глазищи-тарелки София.
– А потом они дальше пойдут – на южный полюс… Да? – полюбопытствовала ученица 6-го «Б».
– Интересный вопрос, – кивнул четверорук Гова. – Но всё же, не думаю. Ведь там – на южном полюсе – там ведь есть свои деревья, и они постепенно идут к нам сюда. То есть, для них – на север.