Четверорук в это время подводил в нужное место бинокль, отданный Тимурке, и кажется, у него получилось.
– Ого! – в голос восхитился Тимурка. – Ого-го! А они, что…
– А разве они движутся? Ну, эти пирамидки? – переспросила Кассандра.
– Да, присмотрись, – кивнул четверорук Гова. – Заметишь через какое-то время. Топают, ползут, едут. Они просто далеко.
Оставленная без внимания София что-то внушала простецкой, сотворенной Кассандрой кукле Муре:
– Не, Мура, землетряс нас не разрушит. Домик будет стоять. Давай попрыгаем?
– Ах, землетрясение же! – вспомнила Кассандра, хотя тряска и так не давала забывать.
– Сферотряс, – поправил Тимурка, не отрывая глаз от бинокля.
– От них и идёт, – непонятно пояснил четверорук Гова. – От них, от них! Знаете, сколько до них километров? Наверное, тысяча! А вы же их видите, да? Вот и представьте, какого они размера. Это ремонтники. Все их называют сферочинщиками. Проще – чинителями.
– Дай, Касе покажу, – попросил Гова, и с трудом отобрал у Тимы прибор.
Кассандра прильнула к удобным тубусам. Бинокль был хитрым донельзя, он сам подстраивал и фокус, и расстояние между резиновыми наглазниками, и даже подсвечивал красными стрелочками, куда надо доворачивать и смотреть.
– Видишь самого большого? – спросил Гова.
Кассандра наблюдала, затаив дыхание. «И куда, правда, годились наши какие-то там пирамиды?» – подумала она с некоторой горечью, хотя сама в Египте не была и пирамид воочию никогда не видела. Тут прямо перед её глазами снова было нечто посерьёзнее. Эти самые кирпичи или пирамиды были в увеличении не столь просты в устройстве. Теперь было явно видно, что это сложные большие машины. И они действительно двигались. Двигались и поднимали пыль. Тучи пыли, или может, учитывая расстояние, ураганы пыли. Ржавой металлической пыли. Машины были похожи, как близнецы, но разных размеров. Шли они гуськом, но не как матрёшки по порядку, а вперемежку. Некоторые маленькие – на вид маленькие – бежали или ехали (из-за пыли было не понять) впереди. Другие между большими. Но вся эта свора гигантских механизмов двигалась в одном направлении.
Конечно, лучше всего было рассматривать самую громадную машину-пирамиду. Там различались детальки: на такой дистанции действительно «детальки», даже деталюшечьки. Более того… Кассандра не поверила глазам и дала увеличение – она уже хорошо умела пользоваться этим сложным линзовым устройством Говы. Так и есть, на различных выступах большой пирамиды там и тут притаились маленькие пирамидки-машинки. Более того, вроде даже, у кого-то из этих маленьких пассажиров, на плечах восседали ещё более маленькие машинюшки, машинюшечки.